После молчания, длившегося как будто целую вечность, Ирурцун сухо произнесла:
– Пока ничего, сейчас этим занимаются.
– Спроси ее по поводу стипендии «Саутрела XXI век», – настаивал Отаменди. – Банковские счета, задействованные преподаватели, списки аспирантов, не попавших в число счастливчиков…
– Вы поднимались в квартиру семейства Салас? – вклинилась Ирурцун, решившая перехватить инициативу.
– Поднимались Хайме и судмедэксперт.
Вновь повисло молчание.
– Девушки рассказали им, что их преследовал какой-то подозрительный тип… – продолжил Льярена.
– И что объектом исследования Айноа Абенохар в этом проекте была рыба фугу, – не удержался Айтор.
– Это я уже знаю, – ответила Ирурцун.
– Ну, так что известно насчет стипендии? – напомнил Льярена.
– Мы запросили информацию у Университета Страны Басков, но они пока не торопятся ее предоставить. Сейчас очень щепетильно относятся к защите данных, так что пока этот вопрос решают юристы.
– Расскажи про блондинку, – в очередной раз подсказал Отаменди.
– Мы установили личность девушки, засветившейся на бульваре с доской для серфинга, – сообщил Льярена.
– А, серфингистки? – Голос Ирурцун наконец несколько оживился. – Серьезно? И кто же она?
– Сестра одного моего знакомого, который…
– Это не важно. Главное то, что через нее мы вышли на парочку из туннеля, – вмешался в разговор Отаменди. – Ну а что известно об Айноа Абенохар?
Ответа не последовало.
– Слушай, ну это же смешно! Ты что, так и будешь меня игнорировать? – возмутился полицейский. – Ну ладно, спроси ты.
– Что известно об Айноа Абенохар? – послушно повторил Льярена.
– Пока все покрыто мраком, – ответила Ирурцун. – До сих пор неизвестно, кто вел это дело. Чтобы получить материалы, нужно дождаться девяти часов утра, когда откроется участок в Лабастиде – ближайший к Бриньясу. А что вы собираетесь предпринять с этой парочкой?
– Но разве ничего нет в электронной базе данных? – удивился Льярена.
– Ничего. Есть только бумажные материалы дела. Что очень странно.
– А семья? – спросил Отаменди.
Вновь молчание в трубке. Слышался лишь нескончаемый шум дождя, стучавшего по кузову автомобиля. Отаменди в отчаянии заскрипел зубами.
– Сильвия, что по поводу семьи? – повторил вопрос Льярена.
– Нужно подождать до завтра – это распоряжение Эчеберрии, – донесся из трубки шепот Ирурцун.
Отаменди, доведенный уже до отчаяния, закрыл лицо руками и откинул голову на подголовник своего сиденья.
– Но Айноа Абенохар первая жертва! Это дело не может ждать! – воскликнул он.
И опять тишина. Скопление конденсата внутри машины становилось уже невыносимым.
– Скажи нашей коллеге вот что, – произнес Отаменди, обращаясь к трубке мобильного телефона. – Сейчас критически важно выяснить, что произошло с Айноа Абенохар. Любой – даже самый узколобый – полицейский должен это понимать.
Льярена открыл было рот, чтобы повторить сказанное, но тотчас остановился. Как ни странно, на этот раз Ирурцун без промедления заговорила сама.
– Льярена, Гомес, я вас предупреждаю. Не вздумайте устраивать собственное расследование, вы попадете в большие неприятности, – угрожающим тоном сказала она. – В данный момент главное направление работы – поиск двоих пропавших и отслеживание мобильного телефона, с которого поступали угрозы. На это сейчас будут брошены все силы, комиссар Рамирес дал Эчеберрии карт-бланш.
Прежде чем кто-либо успел что-то произнести, Отаменди схватил телефон, поднес его ко рту и выпалил:
– Узнай насчет Айноа Абенохар!
Затем он сразу же отключился, сунул трубку Льярене и с раздраженным видом выскочил из машины, впустив внутрь волну свежего воздуха.
– Думаю, все прошло неплохо, – произнес Айтор, пытаясь разрядить обстановку.
Эва улыбнулась без особого энтузиазма и вышла из машины следом за Отаменди. Льярена посидел еще несколько секунд, словно собираясь с духом. Затем он застегнул молнию своей куртки и, попрощавшись с Гомесом «кулаком в кулак», торопливо зашагал в сторону отеля «Лондрес». Айтору тоже хотелось бы иметь напарника, с которым можно было бы вот так попрощаться, – кого-то, кто беспокоился бы о нем… Мчась под дождем к своему «Гольфу», судмедэксперт вдруг задумался: сколько времени могли продержаться катера, пришвартованные в заливе, прежде чем их унесет шторм?
– Черт возьми, – выругался Отаменди, когда они пересекли мост Санта-Каталина, второй по удаленности от моря.
– Что случилось? – спросил Айтор, до этого момента больше озабоченный подъемом уровня воды в реке Урумеа.
– Ничего не говорите.
Оказавшись на другом берегу реки, на пересечении с бульваром Франсиа, они увидели впереди патрульную машину Эрцайнцы с включенной мигалкой – полицейский пост. Патрульный со светящейся палочкой в руке сделал им знак припарковаться на участке обочины, огороженном оранжевыми конусами. Второй полицейский ослепил их мощным фонарем.
