Оказалось, что в подвал третьей парадной попасть было невозможно, там было слишком маленькое отверстие, только для труб, но кот вполне мог в него пролезть. Галя посветила фонариком в этот проем. Ничего рассмотреть было нельзя. Тогда Галя вернулась к лестнице и прошла в противоположную сторону подвала. Противоположная сторона состояла из трех комнат, последняя из которых была самая большая и граничила с подвалом пятой парадной глухой стеной. Свет от фонарика упал на грязный матрас и смятые пивные банки. Видимо, для кого-то этот подвал был ночлегом. Барсика нигде не было видно, и он не отзывался. Галя светила в проемы для труб, которые уходили в обширные помещения вглубь дома. Страх потихоньку исчезал, зато нарастало гнетущее чувство какой-то неизбежности. Осмотрев в подвале всё, что она могла осмотреть, Галя решила вернуться в третью парадную и подождать Барсика там. Может быть, он ночью выйдет из подвала.
Зайдя вместе с жильцами в подъезд, Галя увидела, что теперь на площадке первого этажа разлеглись три ужасных пса, которых она видела на улице.
Косясь на спящих собак, Галя присела у решетки подвала и снова принялась звать Барсика.
Утомившись, она села на ступеньки, прислонившись головой к зеленой исписанной маркерами стене. Было уже очень поздно. И сил у Гали не осталось. На какое-то время ее сознание отключалось, уходя в некое подобие сна. Гале казалось, что ее закручивает какая-то бесконечная, бешено вращающаяся черная воронка. Из этой воронки она вырывалась каждый раз, когда мимо нее проходили припозднившиеся жильцы дома, и когда собаки лаяли или рычали во сне. Никто не спросил, что делает здесь в такой час ребёнок. Один. На ступеньках. Прислонившись к грязной стене, будто к родительскому плечу. Каждый был погружен в свои заботы. Под утро собаки вышли с кем-то из жильцов на улицу и больше не возвращались. Прошло еще какое-то время, и в дверь подъезда вошла высокая крупная женщина, с большим мешком и метлой. Дворник! Бледное личико ребёнка засветилось надеждой. Галя тут же вскочила со ступенек.
- Чудо, ты что тут делаешь? – спросила дворничиха.
- Тётенька, я пришла за своим котом. Мне сказали, что он убежал в подвал. Вот я вас жду. Мне сказали, что у вас ключик есть! – задыхаясь от волнения, говорила Галя.
- А почему ты одна? Как тебя мама одну отпустила?
Галя не ответила.
- Ну, пойдем посмотрим твоего кота. Он позавчера был тут. Красивый такой. В подвал его спугнули собаки, наверное. Сейчас поищем с тобой его.
Женщина достала связку ключей, и, сощурившись, искала нужный.
- Ты откуда сама-то? Из этого хоть дома.
Галя отрицательно помотала головой.
Дворничиха открыла замок. И они вместе спустились в подвал. Сначала пошли направо. Галя светила фонариком и звала. Потом перешли в левую часть, которая также как и в соседней парадной состояла из трех комнат и заканчивалась глухой стеной.
Посветив фонариком в последней комнате, Галя вскрикнула. Барсик лежал прямо посередине. Мёртвый. Передние лапы согнуты, задние повернуты набок, голова неестественно вывернута – затылок вверх, мордочка полностью ушла в песок пола.
- Твой? – спросила дворничиха.
- Мой, - мой прошептала Галя.
- Бомжи, наверное, убили, они лазят сюда через дырку под водосточными решетками у входа. Сладу с ними нету. Они как раз позавчера всю ночь здесь сидели. Я утром видела, как они вылазили. Вот сволочи! Такое животное убить! Душегубы! – говорила женщина.
Галя наклонилась и протянула руки, чтобы поднять Барсика с пола.
- Подожди, не бери так. Дай-ка я. Я все-таки в перчатках.
Галя молча покорилась. Дворничиха достала из кармана продовльственную тряпочную сумку, темно-синюю в красный цветочек. Взяла мертвого кота, уже окоченевшего и положила в сумку, будто игрушку.
- Вот видишь, в какую сумочку красивую мы с тобой его положим, -говорила женщина, - Ну, крови нет. Значит, все-таки бомжи ударили. Загнали сюда и ударили. Потому что если б собаки загрызли, было бы видно. Вот сволочи!
Галя молча взяла мешок. Когда они вышли из подвала, дворничиха сказала:
- Не переживай, девочка. Схоронишь. Другого потом заведешь. Тебя домой-то проводить?
Галя снова отрицательно покачала головой и молча пошла вверх по лестнице.
Женщина решила, что Галя живет в этом подъезде и, наверное, пошла домой или к знакомым, поэтому не остановила ее, а стала вызывать лифт, чтобы начать уборку с 9 этажа.
- Вот сволочи! – донеслось из закрывающихся дверей лифта.
Галя дошла до шестого этажа и позвонила в квартиру. Звонить пришлось три раза, каждый раз поднимаясь на цыпочки, чтобы дотянуться до звонка. Дверь открыла женщина. Без котелка. И с испуганными глазами. Галя молча протянула ей фонарь.
- А, это ты, девочка?! Нашла котика?
- Да – почти в беззвучном ответе дрогнули бледные губы ребенка.
Больше Галя ничего не сказала, она пошла вниз по лестнице. Вышла из парадной. Шла до своего дома, не замечая, что в лицо бьется холодный дождь. В темно-синей в красный цветочек сумке, она несла самое дорогое, что было у нее в жизни.
