Собратья отошли от двери подальше. Эда взяла плотно завёрнутый свёрток из тряпичной ткани стрел с толстыми наконечниками. В нос ударил резкий запах какого-то приторного масла. Вайн взял два кремня для розжига, пока Эда заряжала стрелу, и предупредил:
— Я поджигаю, ты сразу стреляешь.
— Знаю я! — отозвалась лучница и направила лук в сторону двери. — Давай уже.
Вайн высек искру, и Дьюк увидел вспышку: обмотанная ткань на наконечнике загорелась, а в следующее мгновение, когда стрела была выпущена, дубовая дверь с грохотом разлетелась.
За дверьми стояли стражники с арбалетами, которые, очевидно, ждали, что дверь взломают, и готовились сразу же выпустить град стрел. Вот только взрыва они никак не ожидали. Вайн и Габор прикрылись щитами гораздо раньше, чем по ним начали стрелять. Община быстро ворвалась за пределы дубовых дверей единым строем. Их встретило сопротивление из пяти вооруженных солдат.
Дьюк старался не отставать, постоянно находясь в движении, и поражался тому, как собратья слаженно работали, при этом не переговариваясь. Совместные действия были отработаны, каждый знал свою роль. Однозарядные арбалеты оказались бесполезны против щитов. Несколько солдат, не успевших бросить арбалет и достать меч, первыми приняли на себя удар от братьев. Те, кто оказался попроворней, отступили назад, обнажили оружие, пытаясь защищаться, но собраться для совместной атаки им так и не удалось.
Всё это происходило настолько быстро, что Дьюк так и не успел вынырнуть из-за спин собратьев, чтобы помочь. Оставшиеся стоять на ногах стражники просто сдались, признав поражение.
Каждый, кто становится служителем ордена в качестве солдата — каждый наёмник, служащий в гарнизоне или вооружённый стражник у ворот, — мог нарекать себя воином только после того, как пройдет на своём воинском пути три испытания: увидит смерть, переживёт бой на смерть и принесёт смерть.
Дьюку уже доводилось видеть смерть и в гораздо больших масштабах, чем сегодня. Тогда, пять лет назад, североземцы пересекли границу одной из провинций и напали на местных жителей. Никто не ожидал серьёзной угрозы со стороны северных земель. Считалось, что территория тех земель пустынна, почва неплодородна и там попросту никто не живет.
И всё же североземцы вторглись в земли северной провинции Гальрада. Грабили деревни, сжигали дома, убивали мужчин, забирали в рабство детей, резали скот. Это было одно из самых кровавых событий в истории государства за последние века. Благо, им не удалось продвинуться далеко. Глава государства Норберт Рокстерли, правящий в Гальраде на тот момент, и его солдаты ордена Альстеир прогнали североземцев с родной земли.
Божко, как магистр ордена, принимал участие в этой битве, но говорить о тех событиях не любил и в ответах на вопросы был немногословен. Его брата, служившего тогда в ордене, убили. Да и Габор с Вайном пострадали.
Дьюку не повезло родиться и вырасти в северной провинции Гальрада, за границами которой заканчивалось государство. Последнее, что помнил Дьюк, покинув родной дом целых пять лет назад, были крики матери, трупы, валяющиеся на грязной земле, воздух, пропитанный запахом крови и дыма. Дикий страх завладел его телом в тот день, заставляя стоять и смотреть на мать, которая в попытке обмануть смерть, задержала ворвавшихся в дом убийц и приказала Дьюку бежать. Она не выжила, а что стало с отцом, Дьюк не знал, но предполагал наихудшее.
Сколько раз он корил себя за тот страх, хоть в глубине души и понимал, что сделать все равно ничего бы не смог. Да и погиб бы сам в собственном доме, если бы не близкая подруга детства, Камилла. Она схватила его за руку и выскочила на задний двор, побежав прямиком в лес.
Один из нападавших заметил их и бросился следом. Дьюк бежал без оглядки как можно быстрее, и не сразу понял, что Камилла рванула в другую сторону, отвлекая внимание преследователя на себя. Прошло очень много времени, прежде чем он добежал до незнакомой поляны и, обессилев, упал на траву. И понял, оказался совсем один где-то далеко от дома.
Дьюк не привык надеяться на лучшее, но в глубине души верил, что Камилла выжила. Они с раннего детства все свободное время проводили вместе, гуляли в лесу, бегали наперегонки, сражались на палках. Казалось, даже их мысли во многом совпадали. Камилла поддерживала мечту Дьюка отправиться в путешествие по континенту и повидать мир. Он-то знал, что как только станет совершеннолетним, сделает ей предложение. Конечно, речи об этом никогда не заводил, боялся. Но браки между жителями коммуны являлись обычным делом, и все понимали, что иначе и быть не могло. А соседские ребята, часто видевшие их вместе, иногда посмеивались и дразнили. И даже родители Камиллы хоть и были строги, всегда поддерживали этот союз, ведь Дьюк был сыном землевладельца, не обремененного оброками. Впереди ждала целая жизнь.
