Они удачно встали в стороне от главной аллеи сада, где никто не мог их подслушать. Судя по выражению лица, Лира собиралась возмутиться, но Дьюк её опередил:
— Я рассказал твоей воспитательнице о том, что произошло в особняке. И она переживает. Знаю, сейчас все хорошо. Но просто ответь на несколько вопросов для нашего спокойствия и все.
Лира не нашла, что сказать на это, и только слегка пожала плечами, с сомнением посмотрев на Дьюка. Все-таки нападение общины на особняк было их общей тайной, о которой никому не положено знать. Видимо, Лира решила, что Дьюк рассказал воспитательнице только часть правды. Например, что Лира сбежала, увидев трупы, и Божко с Дьюком по счастливой случайности оказались рядом и предложили помощь.
— Кто велел тебе направиться в особняк? — выпалила Камилла.
— Дядя Грейнор.
— Дядя, который путешествует по Гальраду и находится неизвестно где, сказал направиться в особняк?
— Он прислал письмо, — неохотно пояснила Лира. — Там было сказано, что он желает встретиться в фамильном особняке в западной провинции, чтобы сообщить что-то важное. Я подумала, это на счет будущей коронации и, конечно же, отправилась туда. В письме он сказал, что встреча должна быть тайной и мне следует отправиться с капитаном нового ордена без экипажа и охраны. Никто не должен был знать о моём визите. В письме дядя велел предупредить об этом только старшего советника.
— А письмо точно было от него? — спросил Дьюк.
— Конечно! — возмутилась Лира. — На нём стоял Гальрадский ястреб. Печать Рокстерли. Такая есть только у членов семьи и больше ни у кого. В настоящий момент их всего три. У меня, у Амелии и у дяди.
Камилла задумалась. Управитель, находясь вне дома, желает лично пообщаться с Лирой? И что же такого важного он хотел сообщить Лире, что назначил тайную встречу?
— А почерк тоже его? — спросила она.
— Что за глупости? Зачем дяде писать самому? — снова возмутилась Лира. — За него это делает архивариус.
И достоверность письма можно проверить только по печати. Как бы то ни было, Лира больше не беспокоилась о своей безопасности, находясь дома. Недаром говорят: «Браго — самое безопасное место на земле». В детстве, если речь заходила о столице и самом большом замке на континенте, кто-то обязательно упоминал эту крылатую фразу.
— Конечно, я переживаю, — призналась Лира. — Дядя наверняка прибыл туда после нашего бегства и не смог меня найти, а вся прислуга и стража мертва. Представляю, как он перепугался. И писем после этого от него не приходило. Но с ним все будет в порядке, я уверена. Все-таки он путешествует со стражей, да и сам славится тем, что умеет превосходно постоять за себя.
Камилла некоторое время подбирала слова и все же решалась спросить:
— Слушай, а твой дядя, он не мог… как бы это сказать? Намеренно подстроить твою…
— Конечно, нет! — Перебила Лира, поняв, о чем речь. — Спросите любого, все знают — дядя человек чести. Он бы ни за что не предал меня и сестру столь подлым образом! И больше, пожалуйста, не спрашивайте о таких вещах.
Камилла тяжело вздохнула. Кажется, даже намек на предательство кого-то со стороны близких людей вызывал протест и возмущение. Лира искренне верила в безопасность собственного дома и преданность всех, кто её окружает. Трудно будет убедить в том, что враг уже совсем рядом.
— Я познакомлю вас с дядей, и все сомнения сразу же исчезнут, — Лира продолжила убеждать воспитательницу. — Хоть его и не было дома долгое время, на коронацию он просто обязан явиться. Так что не беспокойтесь, лучше проверьте, чем занята Амелия, наверняка опять прогуляла занятия.
— Разберусь, — коротко ответила Камилла.
— Я могу идти, госпожа Фрида?
Камилла опустила глаза и кивнула.
Лира слегка поклонилась воспитательнице, как это было положено, и поспешила удалиться, не оборачиваясь.
— Как же она иногда бесит, — неожиданно для себя призналась Камилла, глядя ей в след.
Дьюк промолчал. Они нашли ближайшую свободную скамейку в саду и, не сговариваясь, присели. Сказать особо было нечего. А раньше она полагала, что когда встретит Дьюка, столько всего расскажет, что не хватит и нескольких дней. Было бы неплохо безмятежно болтать, совсем как в детстве, проводить вместе вечера после утомительной работы в поле.
— Думаешь, североземцы могли добраться и до дяди девочек? — решила спросить она.
Но Дьюк отрицательно покачал головой.
— Нет. Все-таки он главный человек в провинции, у которого в подчинении целый орден. Наверняка, его редко оставляют совсем одного. И, скорее всего, охраняют даже ночью.
— Да, я тоже об этом подумала, — согласилась Камилла. — Но ведь до советника Двейна они добрались? А он тоже был не последним человеком в провинции. И тогда, что это все значит?
— Только то, что мы что-то упускаем, — размышлял Дьюк. — Не понимаем чего-то очевидного, лежащего на поверхности. Североземцы наверняка готовились длительное время, чтобы убить и заменить Лиру, оставив втайне существование этих нирту. Вот только зачем? Мы все ещё не знаем мотивов. И это все ставит в тупик.
