— Не знаешь? Парень, ты благословлённый.
Наступила тишина. Вокруг никто не проронил ни слова, хоть и большинство присутствующих уже давно собрались вокруг и слушали разговор. И даже Амелия подошла ближе. Дьюк, наконец, встал с земли и с некоторым непониманием взглянул на Дориана.
Божко внимательно посмотрел на собеседника.
— Не верь его слову, Дьюк, — предупредил он.
На помощь другу подоспел Велимир, который, впрочем не спешил вступать в разговор. Старик, что три года назад приютил Камиллу, дал кров и крышу над головой, теперь с интересом смотрел на Дьюка и Божко, взгляд которого сразу упал на кисти рук Велимира. Камилла присмотрелась и разглядела, что из-под его рукава виднеется стебель розы, обвивающий лезвие кинжала. Татуировка ордена Палеонесской розы — нехороший знак для тех, кто его встречает.
— Не стоит судить предвзято, — спокойно отреагировал Велимир, поняв, в чем дело. — Когда-то орден Палеонесской розы был образцом добродетели и порядка. Да и вы, как я погляжу, изгнанники.
Вайн и Габор норовили вступиться за Божко и подошли чуть ближе. Но прежде чем кто-либо ещё успел хоть что-то сказать, Дьюк с недоумением взорвался:
— Да что такого в том, что я благословлённый? И с чего вы вообще это взяли? Сейчас важно только то, что в Браго остался нирту, и он взял под контроль провинцию. Это вы хотели спасти Лиру, верно? Так вот, она мертва. Лежит там, на земле, и все, что осталось от рода Рокстерли, это Амелия. А шпионы североземцев тайно проникли Гальрад и…
— Пойми, парень, ты можешь убить нирту в человеческом обличии именно потому, что ты благословлённый, — перебил Дориан, — Они боятся силы, с помощью которой наши враги на севере их создали и приручили. А ещё боятся глифового оружия. С помощью обычного можно лишь умертвить человеческое тело. Нирту — это сущность, заключенная внутри него. Они имеют собственное тело, но только глифовое оружие способно убить их вместе с человеческой оболочкой.
— И откуда у вас такие познания? — встрял в разговор Вайн.
Дориан лишь отмахнулся:
— Это долгая история.
Камилла уже не выдержала, желая перейти к сути дела:
— Лучше скажи, что нам теперь делать?
— Валить отсюда нахрен, например! — огрызнулся глава. — Теперь неизвестно, когда малеонщики поймут, что их люди мертвы и начнут рыскать по всему лесу. Тем более, когда узнают, что ваша Амелия все ещё жива. Надо думать, что на неё объявили охоту, иначе зачем вам было бежать?
Но, старик Божко воспротивился:
— Вообще-то есть план получше. Нам нужно сесть и обсудить. Всем вместе.
Велимир одобрительно кивнул, поддерживая эту идею. Дориан обернулся и посмотрел на лагерь, который успели разбить его люди. Повсюду стояли переносные палатки для ночлега. Посередине поляны поставили несколько пней, на которых можно сидеть. А кто-то из молодых готовился к ночному патрулю. Это было хорошее место, чтобы держать оборону. По крайней мере все это было временно, Дориан не собирался задерживаться здесь надолго.
— Ладно, — согласился он. — Пошли, обсудим план действий.
Мужчины все как один собрались и пошли в центр лагеря. Камилла решила, что следовало бы держать Амелию рядом, чтобы не натворила дел и не уходила далеко от безопасного места.
Младшая стояла и вероятно размышляла над тем, что, что осталась одна из целого рода. И то совсем недавно была на волосок от смерти. Камилла привыкла видеть девочку полной энергии и воли к жизни. А сейчас ей не было дело ни до этих разговоров, ни до разборок. Камилла встала рядом, а Амелия молча посмотрела на неё. В воздухе застыл вопрос, который она хотела задать.
Камилла решила сказать сама:
— Я пыталась её спасти.
Амелия вздохнула.
— Я знаю. Как она умерла?
— Её убил капитан Малеонского ордена.
Камилла умолчала о том, что смерть не была моментальной. Хотелось рассказать все как было, но она не позволила себе этого. Чтобы не делать Амелии больно. И вместо этого решила пообещать:
— Мы найдем способ все вернуть и убьем твоего дядю. Не отдадим власть над провинцией.
— Я уже говорила, что смогу править только через два года? Пока я несовершеннолетняя, нужен регент. Даже если мы вернем власть, должен быть тот, кто будет сидеть на троне и править до моего совершеннолетия. Это не обязательно должен быть родственник.
— Ладно, сможешь выбрать того старика, например, — Камилла пожала плечами, указывая взглядом на Божко. — Раз хорошо его знаешь.
— Да, я доверяю дяде Божко, — призналась Амелия. — Сколько себя помню, он был в хороших отношениях с отцом. И нянчился со мной в детстве. И Лирой… Он замечательный. Только он не политик, а магистр ордена. Да и сам вряд ли согласится на такое. К тому же, я уже сделала выбор.
— Сделала выбор?
— Да. Если мы вернем замок, хочу, чтобы ты стала моим регентом.
Камилла застыла на месте, пытаясь осознать, что услышала только что. Она не может править! Обычная девочка из семьи простолюдинов земледельцев, которой просто повезло не умереть несколько раз в жизни. А тут центральная провинция огромного государства.
Некоторое время Амелия наблюдала за реакцией, а затем пояснила:
