— Лес? — переспросил Дориан. — Все в этом мире помогает найти тебе правильный путь и будет стремиться тебя защитить. Это сама вселенная. А во вселенной все взаимосвязано.
Камилла отошедшая, чтобы найти Амелию, вернулась и с нетерпением спросила:
— Так у вас есть план или нет?
— Есть, — ответил за всех Божко. — Только для начала кому-то из вас нужно рассказать поподробней, что произошло в Браго? Помимо того, что вы убили одну из тех тварей.
— Я остался там, чтобы помочь Камилле предотвратить гибель Лиры, — пояснил Дьюк. — Сначала мы не знали, кто стоит за покушением на неё, но затем натолкнулись на нирту. И убили одного из них. Это был старший советник управителя. А потом догадались, что самого управителя тоже давно подменили.
— Так ты уже убивал одного из них? — почему-то удивился Дориан. — То есть, это не первый?
— Да, но мы все равно не знаем, сколько их.
— Вообще-то знаем, — уверенно ответил Дориан. — Их должно быть трое.
Дьюк задумался. Первый — старший советник, которого он и Камилла успешно убили, второй — Эделина, которая хотела обратиться Амелией, теперь тоже мертв. Остался только управитель. Последний и единственный.
— А почему вы так уверены? — спросил Божко.
Дориан принялся объяснять:
— Три — это их священное число. А числа в культуре древних всегда имели весомое значение. Три воинских устоя, император избирается раз в три года, деление на три провинции. Откуда в Гальраде все это взялось, как считаете? Из Палеонесса, конечно, где особую важность придают изучению всего, что осталось от древних. А там высоко ценят этот символизм, особенно в числах. Конечно, сказать наверняка, что их трое, я не могу. Но, если больше, есть смысл отправить остальных куда-то в другое место. Например, в западную провинцию, прямиком к самому императору.
— Хорошо, значит, остался только один, — согласился Божко. — Итак, ещё раз на счет плана. Под Браго есть сеть подземных коммуникаций и туннель, ведущий из замка далеко за пределы. Это на случай побега во время длительной осады. Им ещё ни разу…
— Подождите-ка! — воскликнула Амелия. — Я никогда не слышала об этом тоннеле.
— Да, не слышала, — спокойно ответил Божко. — Потому что о нём и раньше знал только ограниченный круг лиц. Что касается членов семьи Рокстерли, то их посвящали в день совершеннолетия. Или в день престолонаследия. Так мне говорил твой отец, а он, как ты помнишь, чтил традиции. Только сейчас все, кто был посвящен в тайну о существовании этой дороги, мертвы. Кроме меня, разумеется. Замок никто не осаждал и даже Оливия не знала, про ключ, который я хранил все эти годы. Вот как мы проникнем в Браго и убьем управителя.
— Ну, звучит несложно, — прокомментировал Велимир. — Скоро стемнеет. И лучшее время для такого похода ночь.
Добавить к этому было нечего. Велимир решил предложить:
— Пока не ушли, давайте предадим тела земле.
Дориан приказал своим взять лопаты и выкопать могилы. Его люди работали молча и слаженно, никто не отвлекался. Для Лиры Рокстерли подобрали отдельное место, вдали от других. Небольшая поляна, окруженная деревьями и кустами. Здесь её тело останется, а душа найдет дорогу к родителям. В место на краю мира, где кончается вселенная, и начинается Саамир — последнее пристанище умерших душ.
Смотря на то, как копают землю, Дьюк задумался о том, что на самом деле сотворила судьба. Та самая, благословившая все его намерения. В детстве Дьюк тайно от всех хотел стать воином. Потом хотел верить, что Камилла жива. Желал дать бой североземцам, отнявшим мать. Все, что Дьюк на самом деле желал, он всегда получал. Вот только никто не вернет маму и родителей Камиллы, никто не вернет Лиру и Авистию. Судьба этого не умеет. Сколько хочешь стремись, не может она вернуть мертвых обратно в этот бренный мир.
Тело уложили в могилу и наступило время прощания. Все, кто знали Лиру, молча окружили могилу. Казалось, будто и птицы перестали летать и замолкли. Божко аккуратно положил возле тела несколько ломтей хлеба. Согласно поверьям, чтобы душа добрался до Саамира, нужно положить в могилу немного еды, а тело желательно захоронить рядом с родственниками. Когда могилу начали закапывать, никто не желал нарушать тишину.
Только после завершения ритуала, Дориан начал шепотом переговариваться с Камиллой, а Амелия села на поваленное дерево в стороне от всех и уставилась в землю. Божко присел рядом с ней, и некоторое время молчал, будто просто решил отдохнуть. Затем сказал:
— Не думал, что доживу до этого момента.
Дьюк подошел поближе и встал рядом, понимая, что встревать не стоит и сейчас обоим предстоит непростой разговор. Наверняка старику многое хотелось сказать девочке о том, как жаль Лиру, о том, что он не успокоится, пока не убьет того, кто это сделал, о том, что вина за гибель будущей управительницы лежит на нём. И это было бы искренне. Но Божко не хотел ранить словами ещё больше.
Амелия знала старика с младенчества но, казалось, не замечала той боли в его глазах, которую так отчетливо видел Дьюк.
— Почему ты бросил нас? — она неожиданно нарушила молчание.
