Я, может, и бледная, зато умная, а ещё наглая. Именно эти качества помогли мне устроиться помощницей агента восходящей звезды и сногшибательного красавчика Макса Старовойтова. Ведь в такой профессии не нужна вызывающая внешность, главное деловая хватка и акульи зубы в три ряда, чтобы отбиваться от излишне строгого шефа - Александра Малкина, для которого работа превыше всего.
/Ульяна/
– Всего доброго, – девушка-секретарь вышла из кабинета, пропуская мимо себя мужчину лет сорока. Статного, солидного… Пятого кандидата по счету. – Следующий.
Говорила она безэмоционально, а вид имела неприступный и холодный. Красивая, высокая, стройная. В брючном сером костюме с высоким воротником под самое горло и строгой прической. Окинула оставшихся кандидатов равнодушным взглядом и вернулась в кабинет, оставив дверь приоткрытой.
Я поднялась со стула и пошла в «пыточную», как уже успела охарактеризовать комнату, где проводили собеседования. Люди входили туда с надеждой во взгляде, а выходили с испорченным настроением.
– Представьтесь, – попросили меня, стоило перешагнуть порог помещения.
Голос принадлежал другой женщине.
Подняв глаза, увидела троих. Та самая блондинка-секретарша, что вызывала нас по-одному, сидела за компьютерным столом и печатала на ноутбуке. Напротив входа, закинув ногу на ногу, в кожаном кресле, обнаружилась женщина лет сорока с хвостиком. Причем длину этого «хвостика» угадать было тяжеловато. Ухоженная, с красивым маникюром, идеальным макияжем и прической волосок к волоску. Тоже в брючном костюме. Губы поджаты, в руках блокнот и карандаш. Она буравила меня оценивающим взглядом и ждала начала исповеди. Кто я, откуда и зачем пришла. Будто и не видела моего резюме, в котором заставили вспомнить всех родственников до четвертого колена…
Ну, и третий человек. Им оказался мужчина, одетый в деловой костюм, коротко стриженный, идеально выбритый, в очках. Он читал газету, привалившись к стене у окна, и никак не отреагировал на мое появление. "Охранник", – решила я, полностью переключая внимание на даму перед собой. С начальницей определилась.
– Рыбкина Ульяна Михайловна, – слегка улыбаясь, поправила очки и начала речь, отрепетированную несколько раз перед зеркалом: – Высшее юридическое образование, красный диплом. Год работала в договорном отделе крупного коммерческого холдинга “Коршунов-корпорейтед”. На данный момент три дня как уволилась по собственному желанию и являюсь соискателем на должность помощника агента для Старовойтова Макса. Причина увольнения – желание испытать себя в новой профессии. Коммуникабельна, стрессоустойчива, ответственна...
– Вам всего двадцать три года, – перебила меня женщина, что-то чиркая в своем блокнотике. – И работали из них вы только год. Откуда столько самоуверенности?
На меня подняли взгляд, полный сомнения.
Черт. Столько раз представляла себе эту сцену и все равно немного растерялась. Нельзя показывать слабость. Подарив ей новую улыбку, спокойно ответила:
– Никакого самомнения, просто констатация фактов.
И это правда. Да, в фирме я работала не так долго, но внутри коллектива все знали: у нас год считался за три. Коршунов не угодил кому-то наверху, и на нас по его милости сыпалась одна проверка за другой. Уж сколько я всего повидала – не пересказать, так что теперь ни переработками, ни налоговой, ни комиссиями разными не напугать. У меня организм теперь наполовину состоял из валерьянки, зато «дзен» познала и про стрессоустойчивость не соврала. Только вот оглянувшись однажды назад, поняла: продвижения по карьерной лестнице там не видать. Все хорошие должности были заняты старожилами, и дальше меня попросту не пропустили бы.
В общем, решила уйти и найти что-то новое. Спешить с поиском не собиралась – не торопясь заполнила пару резюме на сайтах вакансий и хотеларешила пару недель отдохнуть. Но мне позвонили.
– Есть ли у вас жених? – снова подала голос женщина. Я окрестила ее «акула карандаша» за привычку бесконечно чиркать что-то в блокноте.
– Нет, жениха нет.
– Молодой человек? – настаивала на своем она. – Больная бабушка, нуждающаяся в постоянном уходе?
Я вздернула бровь: эк она скачет с жениха на больных родственников!
– Нет, – повторила спокойно. – Никто меня не ждет. Даже кота нет.
Подумав, спохватилась и добавила:
– Но если пропаду совсем, родители панику поднимут. Так что на органы пускать меня себе дороже.
Три пары глаз посмотрели на меня с непониманием. Даже охранник от газеты оторвался.
– Шутка, – объяснила я, делая мысленную пометку «
– Есть ли у вас вредные привычки? – снова завелась «акула».
– Нет.
– Хобби?
– Любимая работа – это все, что мне нужно, ей посвящаю все свое время.
– Задолженности в банках? Кредиты? Ипотека? Ссуды?
– Ничего такого.
– Живете в съемной квартире?
– В своей. Досталась от бабушки по наследству.
– Сколько языков знаете помимо русского?
– Два, – честно соврала я. Нет, английский-то в совершенстве, а вот французский только со словарем и возможностью кое-что добавить жестами…
– Спортивные достижения?
– Никогда не опаздывала на работу, – кивнула я. На недоуменный взгляд «акулы» пояснила: – Сорок минут на метро и оттуда еще почти километр пешком. Чем не спорт?
Она тяжело вздохнула, сделала губы бантиком, еще раз вздохнула.
– Права на вождения автомобиля? – уточнила.
