Сергеев шел следом за американцем по лестнице, видя, как тот кивает встречным офицерам. На втором этаже, поймав за рукав какого‑то сержанта со стопкой бумажных папок, Хейз выяснил, что майор сейчас в канцелярии батальона, в 21‑й комнате.
Дверь в комнату с табличкой «21» была распахнута, на столе, свесив одну ногу, сидел смуглый остроносый военный и что‑то втолковывал по телефону какому‑то лейтенанту. Увидев Хейза с незнакомым мужчиной, он кивнул, сделал знак войти и быстро закончил свой телефонный разговор.
— Гарри, давно тебя не было у нас, — пожал майор руку американцу, с интересом глядя на второго гостя, который вошел вместе с журналистом.
— Знакомься, Луис, это русский. Из Советского Союза. Его зовут Станислав.
— Здравствуйте, — дипломат пожал протянутую ему руку. — Станислав Сергеев. Из советского посольства.
— Из посольства? — удивился майор и жестом предложил гостям рассаживаться на стульях возле его стола. Сам он обошел стол и сел в старое обшарпанное кресло, забросив ногу на ногу. — Я уж думал, что Гарри снова решил написать большой репортаж с самой передовой позиции нашей армии.
— Нет, — вместо Хейза ответил Сергеев. — Гарри привез меня познакомиться с вами. Не лично с вами — майором Лисом Гарсия, а с одним из командиров армии, который не первый год воюет с бандами контрас.
— Даже так? И что же вам от меня нужно?
— Нам с Гарри нужна ваша помощь. Не знаю, может, данные вашей разведки, может быть, перебежчики, может, пленные. Одним словом, нам нужно выйти на генерала Сертано. Нужно вступить с ним в контакт.
— В контакт? — удивился майор. — С командиром контрас, действующим на этой территории? Да вы знаете, что он не щадит ни своих, ни чужих?! Даже американцев. Гарри, вы же помните, что не так давно на перевале вместе с нашими никарагуанцами контрас убили американца.
— Я помню, — кивнул Хейз. — А еще у него в плену находится американская журналистка. И у моего русского друга есть чем поторговаться с Сертано. Он может спасти женщину.
Хейз четко держался в рамках, о которых они с Сергеевым договорились заранее. Излагать все армейскому майору не стоило. И не потому, что могла произойти утечка информации или все, что они могли рассказать ему, было в высшей степени секретным. Как раз нет. Сергеев действовал официально и с этой своей позиции обращался к местным властям за помощью. Майор просто мог не понять до конца политических игр, которые велись вокруг сегодняшней ситуации. Излишние подробности запросто могли навредить делу. Поэтому легенда была максимально краткой, но убедительной.
После того, как майор понял, что его знакомый журналист и его русский друг рискуют самостоятельно и не заставляют рисковать его самого, он успокоился и начал думать конструктивно.
— Ну, хорошо, друзья. А если Сертано не пойдет на эти переговоры? Если вас просто застрелят в лесу и даже не доведут до него?
— Риск есть, но я думаю, что нам все же удастся встретиться с генералом. Самое главное — узнать, где его искать, найти людей, которые могли бы меня к нему проводить.
— Так вы вообще хотите идти в одиночку? — удивился майор еще больше. — Я не знаю, как Сертано относится к русским. К американцам, наверное, лояльно, они ведь помогают ему деньгами и оружием.
Произнеся эту фразу, Гарсия с усмешкой посмотрел в глаза журналисту. Хейз отнесся к этой колкости спокойно. Или у них не первый разговор на эту тему, подумал Сергеев, или Хейз частенько слышит в адрес своей страны подобные упреки. Промолчит? Журналист не промолчал.
— Вашим контрас помогают не американцы, Луис, — спокойно и немного устало возразил Хейз. — Вы часто пытаетесь ассоциировать любого американца с политикой действующего президента. А ведь некоторые силы в США действуют в обход и президента, и сенатских комиссий. Бардак, скажете вы? Нет, просто в любом законе любой страны, в любом государственном устройстве всегда имеются лазейки, которые некоторые политики и чиновники умудряются использовать с выгодой для себя или для своей партии.
— Я понял, Гарри, ты не одобряешь помощь контрас, — махнул рукой майор.
— Я от тебя этого и не скрывал никогда. Попадись мне в руки свидетельства, которые я смог бы обнародовать, я бы, ни минуты не колеблясь, сделал это. И не я один.
— Ладно, — Гарсиа встал из кресла и посмотрел в окно на пыльную улицу. — Мне пришла в голову одна мысль. У нас в подвале сидят несколько крестьян, которые сражались в рядах контрас. У них там много бывших крестьян, кто разочаровался в последней сельскохозяйственной реформе правительства. Так вот один, как мне кажется, из местных отрядов. Он вполне может знать, где находится Сертано.
— А разве вы их не отправляете в вышестоящий штаб? — удивился Сергеев. — Они же бывшие бандиты, ими должно заниматься следствие.
