Сейчас ему очень хотелось послать ее «лесом и без карты», но Форман помогла ему прийти в себя, и надо отдать ей дань уважение за это. На этот раз Адам сдержался от высказываний и просто показал Черри вроде бы средний, как он надеялся, палец, уходя в сторону входа в клуб мадам.
– Ларссон! – прикрикнула Черри. – Вернись сейчас же, – негодовала она.
– Домой, Форман! – крикнул напоследок Адам. – Пожалуйста, Джулия, – добавил он, чтобы у нее не возникло желания что-либо возразить.
– Позялуста, Дзуия, – передразнила она его. – Четвёртый этаж, направо от лестницы, вторая дверь, – сообщила она Ларссону местонахождение офиса Ронье. – Осторожнее там! – крикнула она и пнула бутылку с водой вдогонку Адаму. Телефон в кармане куртки Черри завибрировал, и на дисплее высветилось «доктор Крыс».
– Форман, ты где? – коротко спросил Оулли, тяжело дышавший в трубку.
– Сейчас буду, – выбор Черри был очевиден и сделан не в пользу мистера Я Все Знаю Сам, двигавшегося в эпицентр бури. Побежав к машине и цокая каблуками по асфальту, девушка быстро покинула пост няньки великовозрастного упрямого эгоиста, переживавшего последствия шоковой терапии и кризис среднего возраста одновременно.
Адам быстро добрался до входа и вбежал внутрь клуба, расталкивая изрядно поредевшую толпу. Перепрыгивая через тела мертвых охранников, он сразу же направился по пути, указанному Черри Форман, сэкономившему драгоценное время. Продвижение вперед затрудняли тела мертвых охранников в черных костюмах, лежавшие под ногами на дорогом паркете клуба-кабаре в лужах собственной крови, вытекавшей из глубоких колотых и резаных ран. Осторожно обходя и обегая вишнево-красные лужи и тела убитых людей, Ларссон добежал до нужной двери, едва не рухнув прямо в лужу крови и перелетев через тело убитого мужчины. Он быстро осмотрел кабинет, который, как и сейф в нем, оказался пуст. Белые листы документов, пачки денег и ценные бумаги, были разбросаны по зеленому ковру, но картотеки среди всего этого бедлама не было. Кто-то уже побывал тут, и этот кто-то не мелкая пигалица, вырубившая его шокером в самом начале веселья.
Адам еще раз осмотрелся. Пусто. Окно распахнуто настежь, на подоконнике кровавые следы. Эванс пошла не по тому пути. Он, недолго думая, вылез на карниз и забрался вверх по фасаду клуба и креплениям огромной вывески, горевший алым цветом. Кровавые следы были повсюду. Пятна, капли, отпечатки отчетливо различались и в красноватом свете огромной неоновой вывески. Он был здесь. В этом не было сомнений. Сейф пуст, Норзер добрался сюда первым. Ларссон карабкался вверх по пути, указанному кровавыми следами. Он, словно Гензель и Греттель, шедшие по хлебным крошкам, подбирался все ближе к цели и чувствовал, что уже рядом, когда на чердаке раздались выстрелы из крупнокалиберного оружия и треск разносимых в щепки досок. «Опоздал. Ашер добрался до него первым», – вздохнув, он уже был готов смириться, что его напарник опередил его. Адам влез в помещение технического этажа заполненное пылью, щепками и запахом пороха.
– Вниз! – скомандовал глубокий голос, ударивший свинцовым молотом, и ноги девушки сами покосились.
Вошедший человек схватил ее за руку и спрятал за широкую спину, вскидывая знакомый шотган правой рукой. От промелькнувших подозрений о его личности Эванс не устояла на ногах, падая и приземляясь в оседавший вокруг нее пепел внезапно проснувшегося вулкана. Глубоко вздохнув и впуская воздух в легкие, она почувствовала во рту землистый привкус, сменивший обжигавшую морскую соль, и закашлялась. Сосем близко над ее головой раздались выстрелы из карабина, прошибавшие фанерные стены и разносившие их на мелкие щепки и добротные куски. Миа лежала на полу и пятилась назад по пыльным полиэтиленовым пленкам и фанерной щепе, стараясь оказаться подальше от вошедшего человека, поднимавшего все новые и новые клубы пыли тяжелой поступью ног в армейских ботинках. Она попыталась подняться, но что-то с силой дернуло ее назад за капюшон, роняя спиной на пол в кучу мусора и рваного полиэтилена.
– Я сказал тебе вниз! – безаппеляционно скомандовал он.
Глубокий и низкий голос гремел фреатическим взрывом, обрушившим ей на голову тонну поднятой в воздух ударной волной, пыли, камней и пепла. Горького вулканического пепла. Шквал выстрелов над головой прерывал звук зарядки магазина и падение на пол отлетавших в сторону отстреленных гильз, поднимавших с пола штукатурку и пыль, которые оседали в легких девушки. Эванс воспользовалась паузой между выстрелами, чтобы приподнять голову и привстать на колени, но снова была прервана командой человека с обрезом в руке.
– Не вставай! – приказал тот, кому нельзя не подчиниться, и она замерла и не шевелилась.
