Гарах: Нотлэм полностью

Слова Йонке немного помогли. Разделить свое естество и тело на две части. Превратить тело в инструмент, оставив за разумом право на человечность, но все равно это неприятно. Похоже, что именно из-за этого я и оставался одним из не многих на Свалке, кто не попытался стать лучше у наших "мусорных Скульпторов"

Внимание! Адаптоид проснулся.Желаете дать ему имя?

— "Имя, говоришь?" — я тут же сбился с мысли, вытаращившись на измененную ладонь — "Может быть Жайк?" — имя одного из немногих близких мне людей, что остался там, в караване Странников. В прошлом.

Внимание! Адаптоид не принял имя.

— "Что еще можно ожидать от тупого растения!" — поморщился я — "Говорилось, что ты тварь кровожадная, да? Будешь Карса, кровавая, сука, ветвь. Как Каррасы." — стоило подумать об этом имени, и плечо наполнилось жгучим ощущением. Где-то в мозгу зачесалась мысль, что Адаптоид радуется.

Внимание! Вы нарекли Росток Адаптоида именем "Карса. Кровавая ветвь!"Контроль над Адаптоидом вырос! (24 %)

— "А вот этого момента я не понял! Контроль?" — возмущенно уставился на ладонь — "Слышь, дрянь, ты — моя рука!" — в ответ плечо зазнобило. Эта тварь была несогласна! — "Сука, еще мне не хватало спорить с собственной рукой! Кусок ты дерьма гадкого! Ты что хочешь? Крови врагов, или что бы я тебя к херам морфов отрубил под самый, сука, корешок?!" — как такового ответа не последовало. Адаптоит вообще был молчалив по причине отсутствия пасти. Зато даже в своем новорожденном состоянии мог показать характер.

Хрусть

Меня ударила моя же рука.

Странно, но сломанный нос меня даже порадовал. Легкая боль отрезвила, и я утер правой рукой кровь, глядя на алые полосы со смесью непередаваемых ощущений и подступающей истерикой.

— Значит, все таки крови, а? — прошептал я, втягивая носом кровь, ощущая как Клетки из груди метнулись к лицу, потихоньку поправляя травму, и вытер кровь с пальца правой руки о левую ладонь — "Я дам тебе волю напиться крови столько, что хватит захлебнуться. Но только, если контролировать тебя буду я сам. Идет?" — в этот раз плечо потеплело.

Внимание! Контроль над Адаптоидом вырос! (45 %)

Понимаю его. Одних только обещаний светлого будущего всегда мало, без реального дела ни о каком доверии слова идти и не может. А на деле мы опробуем его скоро.

Тело — Инструмент. Адаптоид — Оружие. Я — Жнец, что поможет Гараху.

— Йонке всегда был фаталистом. — прогрохотал Эйгель.

Я только подошел, не успев даже подумать какой именно палочник мне нужен, как он заговорил, только после чего открыл свои огромные глаза.

— Он потерял надежду вернуть прошлое в самом начале. Единственный из нас, кто едва не ушел в себя, подобно большинству других. Мы с трудом сумели вытянуть его из кошмаров забвения, где он, только освоив свое Сновидение и подключив к нему других, насильно запирал наших братьев по участи в облике собственных близких. Жаль старика, он хоть и был глупым, но не самым циничным из нас.

— Вас тоже сложно назвать циничными. — лишь пожал я плечами — На фоне всех знакомых мне, так вообще едва ли не сказочные добряки.

— Вы росли в новом мире. Жестоком и грубом, который требовал от вас стать такими, какие вы есть. В этом нет ничего удивительного, даже мы адаптировались к своей участи, что уж говорить о сотнях поколений. Но при этом мы были рождены в то время и в тех местах, где цинизм не так ярко процветал в душах людей. Где было нормально помочь соседу, а волонтёрство в бедных регионах было обязательным для обучающихся. — его глаза вперились в меня нечитаемым взглядом, от которого по спине прошли мурашки — А самопожертвование считалось едва ли не проявлением святости.

— Эйгель, я понял, что вы все рады поговорить, но даже Йонке понял простую мысль — будущее важнее. — пытаясь подавить странное, тянущее ощущение в груди, достал семечко.

— Верно, парнишка, гха-пха! — странно даже для Дреги засмеялся он — Неужели мне нельзя немного потянуть время? Понервничать? — я продолжал смотреть на него безо всякой эмоции — Ну и вредный же ты тип! Ладно, суй уже свое семечко, я готов.

Я не стал ждать и оттягивать момент, просто потянул семечко к стволу Эйгеля, как вдруг ощутил холод в плече.