Я, не раздумывая, бросился за ним. Мы пробежали квартиру насквозь, через очередной пролом в стене, прикрытый фанерой, выскочили уже в третий по счету подъезд и снова бросились вниз.
— Стоп! — негромко скомандовал Тимофей, когда мы достигли первого этажа. — Сюда!
Он подскочил к шахте лифта, присел и вдруг скрылся из вида. Я нагнулся и подсветил фонарем. Вниз вела приставная деревянная лестница.
— Куда ты собрался?
— На парковку, куда еще? Сам же сказал, что машина нужна! — донеслось снизу.
Я лишь головой качнул и тоже скатился в темноту.
Спустя минуту вся наша компания, тяжело дыша, стояла на бетоне подземной парковки, а в паре десятков метров от нас маячил силуэт хлебного фургона.
— А вот и наш транспорт! — картинно воздев руку, провозгласил Тимофей. — Прошу, господа унтер-офицеры!
Два раза нас приглашать не пришлось. Мы бросились к фургону, а сзади доносилось:
… таким образом, только благодаря отваге и дерзости Владимира Острогорского, а также, конечно же, исключительной предусмотрительности вашего покорного слуги, мы смогли оторваться от гвардей… Хотя, какие они, к дьяволу, гвардейцы? Только благодаря этому мы смогли оторваться от карателей, этих цепных псов на службе у Совета безопасности, и сейчас…
Я прыгнул за руль. Ключ оказался в зажигании. Поворот — и под капотом взревел двигатель — Неожиданно бодро для хлебного фургона. Рядом на сиденье плюхнулся Поплавский, уложив на колени реквизированный у кого-то из гвардейцев автомат. Остальные набились сзади.
— … и сейчас мы спешим туда, где я, наконец, смогу рассказать вам то, что от нас скрывали все эти долгие месяцы! Подписывайтесь на канал, дамы и господа, ставьте «нравится» и попробуйте угадать в комментариях, какую страшную тайну я сумел откопать на этот раз. Не переключайтесь, будет интересно!
Под бубнеж Тимофея машина резво выскочила из подземной парковки, я вильнул рулем и направил фургон вглубь пустыря, к дороге, за которой мирным светом горели окна готовящегося ко сну города.
Да уж. Действительно, интересный вечер получился.
— Ваше… ваше высокопревосходительство.
Человека княжеского рода следует титуловать «сиятельством», однако секретарь то ли перенервничал, то ли нарочно ошибся, пытаясь подчеркнуть высочайший статус нового обладателя кабинета.
Иван Петрович вздохнул — уж что-что, а бестолковое и тем более демонстративное чинопоклонство ему было ни к чему. Семейная традиция Мещерских в принципе не подразумевала серьезной политической карьеры, и в любой другой ситуации он скорее предпочел бы остаться в тени.
Но… Но случаи, как известно, бывают всякие, и порой даже самым разумным и осторожным людям приходится идти на риск. Особенно когда игра стоит свеч, а других вариантов, по сути, и не остается вовсе. Восставший из небытия легендарный генерал Градов не только не утратил хватку, но и, похоже, освоил пару новых фокусов. И даже с до смешного скромными ресурсами продолжал действовать напористо и в меру прямолинейно. Однако при этом с невиданным прежде коварством и изобретательностью.
И, черт возьми, эффективно! Настолько, что Иван Петрович не успел заметить, как перестал водить за нос изворотливого мальчишку и наоборот — сам теперь был вынужден в спешке придумывать ответные ходы на очередной безумный, но неизменно рабочий план. Да чего уж там — даже назначение на пост канцлера оказалось…
Скажем так, несколько несвоевременно.
— Ваше высокопревосходительство! — повторил секретарь. — К вам Ольга Николаевна. Без записи, но говорит — срочно.
— Ну, раз срочно, пусть проходит. — Иван Петрович махнул рукой. — Что ж я — родную внучку не приму?
Фигура в темном костюме молча поклонилась и исчезла за дверью кабинета. Из-за которой буквально через мгновение ощутимо полыхнуло… нет, даже не Даром, а знакомым фирменным коктейлем из молодости, нетерпения и, кажется, гнева — похоже, внучка спешила к дедушке с не самыми приятными новостями.
И только потом появилась сама Ольга. В строгом темно-сером костюме с юбкой-карандашом, но все же слегка всклокоченная и без намека на косметику на лице — явно собиралась в спешке. Наверняка не успела даже толком умыться — прыгнула в свою «зажигалку» и летела на «красный», чтобы поскорее добраться до Зимнего.
Значит, новость еще и срочная.
— Ну здравствуй. — Иван Петрович жестом велел внучке прикрыть за собой дверь — на всякий случай. — Проходи, располагайся…
— Некогда располагаться! — рявкнула Ольга. — Ты интервью видел⁈
Иван Петрович на мгновение замер, судорожно пытаясь сообразить какое именно из бесконечного числа видео на федеральных каналах или в сети могло оказаться настолько важным, чтобы ради него устраивать… вот это. Ольга даже не взглянула на диван и кресла напротив, а рванула через весь кабинет и тут же оказалась рядом, одной рукой облокотившись на столешницу, а другой — выуживая из сумочки телефон.
— Вот это! — прошипела она. — Смотри!
Из динамика донеслась тревожная музыка, и через мгновение на экране полыхнул огонь, из которого в сиянии появился пятиугольник, который тут же превратился в белую маску с длинными тонкими усами.
