Словно почувствовав Алешин взгляд, девушка повернула голову и, увидев прижатое к стеклу лицо, несколько секунд с удивлением его рассматривала, потом стремительно вскочила и выбежала из комнаты. Алексей и шагу не успел сделать, как она очутилась рядом.
- Молчи, - услышал он требовательный шепот. - Иди за мной. Не надо, чтобы тебя здесь видели.
Она толкнула низкую дверь и, уверенно держа Алешу за руку, повела его вниз по узким ступеням. В подвале было душно и темно, только в окошке у потолка светился рог молодого месяца. Сундуки, бочки, сваленные в кучу седла или что-то похожее на седла, в углу поблескивала позолотой огромная рассохшаяся зимняя карета на полозьях. «Как ее сюда втащили? - подумал Алексей и тут же одернул себя:- О чем думаю-то, мне-то что за дело?»
- Вот мы и встретились опять, богомолка. Испугался?
- Нет, сударыня, - ответил Алеша тоже шепотом.
- Врешь. Зачем ты здесь?
- Мимо шел. Хотел попроситься на ночлег.
- Здесь мимо одни шпионы ходят? Женские тряпки сбросил?
- Это была шутка, сударыня. Я поспорил, что в женском платье во мне не узнают мужчину.
- Все врешь. Ты не мужчина, ты мальчик. Красивый мальчик… И я тебя давно жду, а если не тебя, то кого-нибудь вроде тебя. - Она тихонько засмеялась и прижалась к Алеше, щекоча ресницами его лоб.
Алешина рука покорно легла на ее талию, голова закружилась:
«Что вы, сударыня? Я, право…» Девушка вдруг зажала его рот нежной ладошкой и замерла, вслушиваясь.
- Калистрат, где она? - произнес знакомый голос, и молодой месяц исчез, закрытый чьей-то спиной: - Я не могу жить без нее, а она отказывает мне даже в уважении. Да, да, она меня не уважает, - грустно добавил де Брильи и запел:
У окна сидела принцесса-красавица,
Все по ней вздыхали, никто ей не нравился,
Смеялась принцесса над всеми вельможами,
Досталась принцесса бедному сапожнику…
- Как поет! - прошептала Анастасия восторженно. - Кто бы мог подумать, что он умеет так петь! Дверь в подвал внезапно отворилась.
- Там кто-то есть, ваше сиятельство, - крикнул сторож. Анастасия втолкнула Алексея в карету, прошептала на ухо:
«Жди меня здесь!»- и легко взбежала по ступенькам.
- Кошка кричала, как безумная. Я пошла в этот подвал, а там мыши пищат и темно…
- Звезда моя,- пылко воскликнул француз и тут же сник:- Прости меня, я пьян. О, эта проклятая русская водка!
- О чем ты пел, Сережа?
- Постель наша будет глубже океана глубокого, а в каждом углу расцветать будут ландыши. Так поют во Франции про любовь.
Де Брильи привалился к стенке, ноги его не держали.
- Пошли, ваше сиятельство…
Алеша дождался, когда голоса стихли, и вылез из кареты. Неожиданная встреча с красавицей возбудила его до чрезвычайности. Что за странные колдовские слова: «Я тебя давно жду…» Никто и никогда не говорил ему таких слов. Может, эти слова таят в себе опасность и ему лучше уйти? Уж не заперт ли он в этом подвале?
Он тихо поднялся по ступеням. Дверь открылась от легкого толчка, в лицо пахнуло лесной сыростью, запахом прели и хвои. Алеша поежился. Провести ночь под крышей было куда приятнее, чем лежать в мокрой траве. Он вернулся назад, залез в просторную, как комната, карету и растянулся на пыльных подушках.
А впрочем, какое ему дело до этой красоты? Не о ней он хочет думать. Надо расслабить мышцы, удобно положить щеку на ладонь, потом неторопливо рыться в памяти, вспоминая какую-нибудь из ночевок в лесу, костер, брошенный на лапник плащ, и тогда из темной глубины прошедшего, но такого недавнего и дорогого времени, выплывет лицо Софьи, и он услышит далекий зов: «Я жду…»
Уже кричали петухи и небо в амбразуре окна стало белесым, когда его бесцеремонно растолкали сильные руки Анастасии.
- Проснись, Алеша. Хватит спать!
- Откуда вы знаете, как меня зовут?- Остатки сна как рукой сняло.
- Я давно тебя знаю, да имя забыла. А ночью вспомнила. Скажи, курсант, согласен ты ради меня жизнью рисковать?
- Нет, - быстро сказал Алексей.
- Боишься?
- Я ничего не боюсь, сударыня. Но обстоятельства таковы, что именно сейчас мне очень нужно быть живым. Простите меня.
- Ты даже не спросишь, зачем ты мне нужен?
- Вы ошибаетесь, я вам не нужен.
- Вот как заговорил? А подарки любил получать? - Анастасия повысила голос, забыв о предосторожности. - Неужели тебе маменька больше меня нравилась, испорченный ты мальчишка?
- Я вас не понимаю… - голос Алеши дрогнул.
- Ты не знаешь, кто я? - удивленно спросила Анастасия.
- Фея, - пожал плечами Алеша, а сам с испугом всматривался в красавицу.
Анастасия посмотрела на него внимательно, пытаясь найти в бесхитростном его взгляде корыстные мысли или злой умысел, и вдруг расхохоталась.
- Знаешь, как мать тебя называла? Алеша-простодушный. Видно, ты такой и есть…
- Так вы?…
- Анастасия Ягужинская, любовницы твоей дочь…
Алеша совершенно смешался, впору голову от стыда под мышку сунуть.
- Вы ошибаетесь! Я никогда не был… поверьте,- и, стараясь обрести почву под ногам, спросил: - Что с Анной Гавриловной?
- Ничего не знаю. Сама бежала из-под стражи. А спаситель мой- кавалер де Брильи - волк в агничьей коже. Он везет в Париж бумаги заговорщиков.
