— Мы с Шондрой один фильм смотрели, кити-кити. Еще до того, как злодеи на железных штуках с колесиками напали на избушку.
— И что же было в этом фильме? — спросив, я тут же понял, что пожалею, но поздно.
Сэша решила не тратить силы на словесные описания, а показать все наглядно.
Она полезла мне на колени.
— Эй, эй! Полегче! — возмутился я, но ангорийка не слушалась.
Ее лицо покраснело, улыбка стала шире и игривее. Нежные пальчики скользнули по моей щеке.
— Что ты делаешь? — мой голос предательски дрожал.
Вкус ее первого поцелуя еще не сошел с губ, но я гнал эти мысли от себя прочь.
Глаза девушки наполнились теплым светом. Я знал, что сейчас произойдет нечто волшебное.
Сэша подалась вперед, светлые пряди упали на грудь. Ее мягкие губы коснулись уголка моего рта. В этот момент все замерло. Тихий шум вентиляторов, охлаждавших приборную панель и процессоры, стих. Штатное пощелкивание и попикивание датчиков пропало. Цветочек перестал шелестеть листвой. Все стало глухим, отдаленным и неважным.
Все свелось к нам двоим. К ее ласковым рукам, которые осторожно легли на мои плечи.
К сладким губам и горячему дыханию.
Несколько секунд показались экскурсией в рай.
Рассудок заволакивала пелена, а ладонь сама скользила по гладкому бедру девушки.
Не просто поцелуй, а симфония нежности.
Ее губы — теплые, как первый луч солнца весенним утром.
В ее прикосновении — чистота и искренность.
Внутри меня шла борьба между долгом и желанием получить продолжение. Немедленно. Прямо здесь. Но с ее стороны это была даже не страсть, нет. В этом поцелуе содержалось нечто глубокое. Тепло ее чувств проникало в меня, гладило душу, растворяло все сомнения и запреты.
Каждое мгновение дарило единство, понимание и необъяснимую, но настоящую магию. Я ощущал это как нарастающий свет, который полыхал то ярче, то тише в такт биению пульса во всем теле. Особенно в голове. Будто электрических токов стало в два раза больше. Я понял, что Сэша слилась со мной куда сильнее, чем могут мужчина и женщина в объятиях друг друга.
Странное чувство, но не пугающее.
— Сэша, остановись, нам нельзя… Ты нарушаешь устав, — пробормотал я, собрав все силы, чтобы отстранить девушку.
— Вечно ты со своим уставом, кити-кити! — обижено протянула моя кошечка, а ее хвост хлопнул меня по руке, которая сама продолжала наглаживать ее попку без всякого участия мозга. — Я просто хотела позаботиться о парне в дырявой шляпе, помочь тебе расслабиться, чтобы не было больно!
— Я ценю это, правда, — постарался звучать серьезно. — Но мы не можем. Понимаешь же, насколько это важно? В экипаже нужна дисциплина.
— А в фильме сказали, что если парень и девушка нравятся друг другу, то для их чувств не может быть никаких преград.
— Кино — это одно, а жизнь — совсем другое.
— Но ведь Сэша навсегда-навсегда останется с Волком… Мы всегда будем вместе, как те влюбленные из фильма. Они такая замечательная пара! И мы тоже!
Так, надо поговорить с Шондрой. Когда я просил, чтобы она просветила Сэшу о некоторых нюансах отношений мужчин и женщин, я вовсе не велел вбивать ангорийке в голову всякие романтические глупости!
— Сэша, я ведь уже сказал, мы квиты. Ты не обязана следовать за мной до гробовой доски. Ты свободна и можешь делать, что захочешь.
— Что захочу, кити-кити? А можно я тогда выгуляю цветочек?
— Нет, до утра нельзя, моя хорошая. И я не это хотел сказать. Речь не о сиюминутных хотелках, а о планах на жизнь. Чем бы ты хотела заниматься?
— Путешествовать с Волком в домике на ножках! — тут же выпалила она.
— Ладно, — выдохнул я обреченно. — Но если вдруг захочешь чего-то другого, не бойся сообщить об этом, хорошо?
Сэша улыбнулась и резво спрыгнула с моих колен.
— Отлично! Тогда я сейчас сделаю тебе лучший кофе на свете, кити-кити! — крикнула она и радостно побежала к кофеварке.
Глядя ей вслед, я не мог не задуматься о том, как наша жизнь охрененно удивительна.
Сэша так внешне похожа на Тори, но в то же время ее полная противоположность. Ангелочек с ушками и пушистым хвостом. Немного неуклюжая и очень любопытная. Ее непосредственность скрасила дежурство самым неожиданным образом, и я даже не могу отругать ее за то, что помешала внимательно следить за камерами. Не хочу, если точнее.
Зато насыпать льда в штаны по-прежнему хочу, но уже по другому поводу.
А еще я кое-что понял…
Взглянув на тихо шевелящее лианами растеньице, я едва слышно проговорил:
— Она ведь и с тобой общается так, верно?
Цветочек ожидаемо промолчал.
Снаружи не происходило ничего интересного.
Мутировавшие антилопы щипали травку рядом с опорными конечностями шагохода, отгоняя насекомых щупальцами на загривках. Крупные хищники на камерах появлялись редко, а вот мелкие падальщики — постоянно.
И все дружно мочились, говоря, что этот стальной исполин принадлежит им, а не мне.
Подавляя желание нажать на гашетку, я гордо нес вахту.
Вообще, капитана должны очень прижать обстоятельства, чтобы он докатился до жизни такой.
Ах да, меня и прижало.
За время дежурства я уже пару раз с силой натирал щеки ладонями, чтобы прогнать сонливость, и многократно присасывался к кружке с кофе.
