На главной площади действительно топорщил щупальца фонтан в виде гигантского осьминога. Периодически поливающий прохожих водой.
— Туда! — скомандовала Сэша.
Я кивнул водителю.
Аэротакси плавно пошло на снижение.
Через минуту машина приземлилась на небольшой, специально отведённой парковке.
Не успел водитель заглушить турбины, как дверь сбоку распахнулась.
Бело-розово-золотое пятно метнулось наружу. Это была Сэша. Она остановилась посреди площадки, глубоко, с наслаждением втянула носом воздух, её ушки дёрнулись, а хвост встал трубой.
— Кити-кити! — радостно закричала она на всю парковку. — Тут пахнет рыбкой! Солёной рыбкой! И жареной рыбкой!
Она уже собиралась рвануть в неизвестном направлении, но тут же взвизгнула и остановилась. Это Шондра, выскочившая следом, успела мёртвой хваткой вцепилась в её пушистый хвост.
— Стоять, зараза! — прорычала турельщица. — Ты что решила устроить забег за селёдкой?
Я вышел из такси последним, расплатившись с водителем.
Солёный бриз, прилетевший со стороны гавани, приятно холодил лицо.
Густой, пропитанный запахами не только рыбы, но и водорослей, смолы, которой конопатили лодки, а также дымка от работающих грилей.
Мы шагнули с парковки на узкую, мощёную булыжником улочку и направились к центральной площади. Теоретически, чтобы утопить Сэшу в фонтане.
— Чувствую себя, будто попала в ожившую старинную открытку, — пробормотала Ди-Ди, поднимая голову на фахверковые домики с резными балкончиками и цветочными ящиками.
— Пфф, — фыркнула вампирша. — Да этот городок всего на пару веков старше меня.
— Кому-то давно пора на пенсию, — не удержалась Лекса. — Вставные челюсти, мазь от радикулита и газетка с кроссвордами уже ждут!
— Это ты мне своё недалёкое будущее описываешь? — ласково улыбнулась кровососка.
Я предпочитал не слушать их перебранку.
Городок действительно оказался очень атмосферным.
Улочки настолько узкие, что я мог бы, раскинув руки, коснуться противоположных стен.
И повсюду бары, пабы и таверны.
Крайне нетрезвое местечко.
То, что нужно! Моя башка от трезвости уже очень устала.
Над одной дверью висел перекошенный штурвал с многообещающей надписью «Последний порт», над другой — весёлый скелет в пиратской треуголке обнимал бочонок с элем под девизом «Сундук мертвеца». Я заметил «Русалочью печень», «Сонную каракатицу» и даже «Трижды утопленника».
Да много их тут! Фиг сходу выберешь, где бросить якорь!
«Морской дьявол» — над входом висел чучело гигантского морского червя. Кармилла сразу же сравнила его с широко известным органом.
«Пьяный философ» — там спорили о смысле жизни. Но, видимо, к утру всё забывали и возвращались для новых дебатов.
«Ловушка для туриста» — согласно маленькой приписке, цены растут с каждой рюмкой.
«Короткое замыкание» — местечко для киборгов и тех, кто собирается ими стать. Начать, видимо, придётся с замены печени на искусственную.
«Похмелье завтра» — с девизом «Пей сегодня, страдай потом!»
Нашлось даже игорное заведение «Щупальце удачи» — как напоминание, что городок не чурается всех форм обдирания туристов.
Но больше всего меня впечатлил бар «НЛО» (Напитки, Любовь, Отравление) — там ксеносы спорили, кто лучше переносит алкоголь чужой расы. У входа дежурила скорая.
Мимо нас, перебирая короткими ножками, просеменил почтальон-шеллит, чьё тело скрывал прочным хитиновым панцирем, как у краба. Он сердито щёлкал клешнями, сортируя почту на ходу.
У лотка с жареными кальмарами стоял высокий, элегантный ктхарр с вытянутой головой и дюжиной дыхательных отверстий в ней. Он торговался с продавцом, и его кожа меняла цвет с бледно-голубого на возмущённо-лиловый в зависимости от названной цены.
А у фонтана сидела девушка-нэрванианка, смахивающая на Фли’Жа. Её кожа была полупрозрачной и переливалась на солнце, словно живой опал. Под ней легко различался светящийся синий кровоток. Она играла на инструменте, похожем на флейту, и звуки были тягучими и глубокими, как голос океана.
— Как красиво, кити-кити… — заслушалась кошечка.
Но стоило Шондре ослабить хватку, как ангорийка сразу же опомнилась и начала носиться между прохожими, тыкая пальцем и восторженно крича, заставляя всех удивлённо оборачиваться на нашу пёструю компанию.
— Кити-кити, смотри, у того дяди щупальца на лице, как у Глуб-Морка! — она указала на глубляка, который с чопорным видом выгуливал морского котика на поводке. — А эта тётя вся скользкая! А этот… ОЙ, ПАХНЕТ РЫБКОЙ!
Ихтосией испуганно отшатнулся, а лимаксийка на всякий случай отползла с дороги.
Сэша снова рванула в неизвестном направлении, но на этот раз её остановила уже моя рука, крепко сомкнувшаяся на её хвосте.
Она мявкнула и обиженно посмотрела на меня.
— Если ты сейчас убежишь, — произнёс я медленно и отчётливо, — никакого моря и никаких крабов.
— Крабов⁈ — её уши встали торчком, глаза округлились.
— Отправишься обратно с Робином.
Угроза сработала безотказно. Сэша тут же подобралась и пристроилась рядом с Ди-Ди, пытаясь взять ту под локоток. Механик сопротивлялась.
— А вот это уже интересно, — раздался рядом бархатный голос Кармиллы.
Она указывала ногтем на вывеску через дорогу.
