— А мне краба! — ткнула пальцем Сэша в медленно семенившего мимо нас шеллита, который нёс стопку грязных тарелок. Его панцирь был оранжевого цвета и покрыт ракушками.
Шеллит замер, оскорблённо щёлкнул клешнями и что-то сердито прошипел.
Медные усы бармена дёрнулись.
— Сударыня, — произнёс он с механической вежливостью. — Это не еда. Это Бернардина, наша судомойка. И она просит не тыкать в неё пальцем, это нарушает её хитиновое достоинство.
— Вечно у ксеносов какие-то заморочки, — покачала головой Кармилла. — Пошли, котёнок, не надо смущать народ. Они не привыкли к твоей… непосредственности.
Мы устроились за большим круглым столом в алькове.
Ознакомившись с меню, я поднял два пальца, подзывая робота.
— Нам два ведра крабов, побольше чесночного хлеба и бочонок вашего «Кракен-брау».
— Отличный выбор! Бочонок будет подан незамедлительно! — отрапортовал бармен.
— И стакан молочка, — добавила Сэша.
У бармена дёрнулись усы.
— Молочко? — переспросил он.
— Да! Кити-кити, молочко! — Сэша хлопнула в ладоши.
Из головы робота послышался скрежещущий звук.
Оптические сенсоры замигали жёлтым.
На лицевой панели мелькнуло сообщение:
«ОШИБКА 404: НЕВЕРНЫЙ ЗАПРОС»
— Запрос… не распознан, — его голос слегка заскрипел. — Возможно, вы хотели заказать сливочный ликёр?
— Нет, — вмешался я, пока Сэша не заинтересовалась. — Она действительно хочет молока.
Робот замер и, кажется, ушёл на перезагрузку.
Через полминуты его оптика снова вспыхнула и он заговорил:
— В моём реестре напитков данный артикул соотносится с категорией «Детское питание» или «Медицинские показания». Вы уверены? Совместимость молока с «Кракен-брау»… критически низкая.
— Уверен, — отрезал я и посмотрел на Сэшу, которая с восторгом разглядывала аквариум с русалкой.
— Волк, а давай всё же закажем для нашей кисы ликёрчик? — прыснула Кармилла. — Уверена, она никогда не пила такого молочка.
— Вот и не надо, — вздохнула Шондра. — Поверьте мне на слово.
Робот переварил информацию, издал тихий гудок, вероятно, означающий принятие нелогичной команды, и укатил в сторону кухни. Скоро на нашем столе появился бочонок с краном и гора кружек.
— Наше фирменное! — провозгласил робот. — Темнее ночи, крепче удара молотка по пальцу!
Я разлил по кружкам и сделал глоток.
Действительно ядрёное — густое, с привкусом дыма и какой-то морской горечи.
— Неплохо, — кивнул я.
Кармилла тоже пригубила, но с видом аристократки, снизошедшей до плебейских утех.
— М-м-м… как и обещали. Крепче, чем объятия тёщи, её скалка и удар молотка по пальцу. Как тебе, Синичка? Уже отпускает?
— Ты когда-нибудь не издеваешься? — тихо прорычала Лекса, отлепившись от кружки.
— Только когда сплю.
— Ага, и то во сне видишь, как всех достать.
Шондра молча слушала их перепалку и периодически вздыхала. Розочка с интересом попробовала пиво, но не стала. Вайлет проанализировала состав и влила в себя кружку чёткими механическими глотками. Ди-Ди так увлеклась чем-то на планшете, что окружающий мир для неё перестал существовать.
Пока мы ждали заказ, я осмотрелся.
Бару явно нравилась тематика «пьяных морских тварей». На стенах висели фотографии осьминогов с бокалами, афиши с надписями вроде «Каждую пятницу — битва моржей на бревне!» и даже чучело какой-то рыбы с неестественно большими зубами и бутылкой рома в пасти.
За дальним столиком, в тени массивной опорной балки, сидела компания из трёх глубляков. Эти гуманоиды с осьминожьими головами и щупальцами на подбородках, явно были местными рыбаками.
Они громко, булькающими голосами что-то обсуждали, а их лицевые щупальца жили своей жизнью, ловко орудуя пивными кружками и таская с общего блюда жареную рыбу. Одно щупальце подносило ко рту кусок, другое уже подхватывало кружку, а третье нетерпеливо постукивало по столу.
Я прислушался к их незамысловатому разговору.
— Говорю тебе, Крулл, новый эхолот «Глубинный взор-7» — это просто песня! — булькал самый крупный из них, чья кожа имела тёмно-фиолетовый оттенок. — Он не просто косяк показывает, он тебе поимённый список выдаёт! И сразу показывает предпочтения каждой рыбины в наживке. Вчера вытащил тунца, который хотел исключительно синтетического планктона со вкусом бекона!
— Брехня! — отмахнулся от него другой, с бледно-голубой кожей. — Все эти навороты — ерунда. Главное — правильная акустическая приманка. Мой старый «Рыбий бумбокс» до сих пор творит чудеса. Вчера выставил частоту на «панический крик креветки» — так ко мне такая макрель приплыла, я её еле в трюм затащил!
— А вы ещё помните, как мы без сонаров рыбу ловили? — ностальгически произнёс третий, с зеленой шкурой в редких старческих пятнах. — По щупальцам волну чувствовали! — он приложился к кружке. — Эх, теперь всё гидролокаторы да дроны… Романтика пропала!
— Да ты просто старый, — фыркнул голубокожий.
Зелёный зашевелил щупальцами и стиснул кулаки.
— Это я-то старый? Мне всего сто пятьдесят лет! Ух, я тебе щас щупальца-то поотрываю!
Его горловой мешок немедленно раздулся. Глаза дико завращались.
Сидевшая рядом со мной Вайлет сухо констатировала:
— Вероятность потасовки выросла на 27%.
