Она двигалась плавно, кошачьими шагами.
Забралась на кресло и уселась на меня, совсем как в тот раз, на мостике, когда мы целовались впервые. Я ощутил неожиданный прилив жара.
Расстояние между нашими лицами сократилось до нескольких сантиметров.
— А может ты ещё чего-нибудь хочешь, капитан? — прошептала она, её дыхание щекотнуло мою кожу.
Я усмехнулся.
— Вот, опять начинается…
Запустил пальцы в волосы на её затылке и притянул ближе.
Наши губы встретились.
Сладкий поцелуй, нежный и одновременно требовательный.
Сэша ответила тихим мурлыкающим стоном.
— Кити-кити… — прошептала она, отрываясь на секунду.
Моя бионическая рука скользнула под тонкую лямку купальника на её плече.
Я потянул за неё. Белоснежная ткань сползла вниз, обнажая упругую, совершенную грудь.
Розовые соски уже набухли от желания.
Я не стал церемониться. Ладонь правой руки охватила одну грудь, металлические пальцы левой — другую. Контраст температур — холод металла и жар настоящей плоти — заставил девушку вздрогнуть и выгнуться в спине.
— Ох! Волк!.. — её острые коготки впились мне в плечи сквозь махровую ткань.
Я соединил её груди и зарылся в них, вдыхая аромат цветочного мыла. Прикусил сосок, заставляя её снова вздрогнуть. Кошечка заёрзала, задевая мой уже начавший подъём агрегат.
Я мял, кусал и облизывал. Она тяжело дышала и двигала бёдрами, предвкушая…
Снова поймал её губы, наш поцелуй стал глубже, отчаяннее.
Мои ладони обвели упругие ягодицы, сжали их, скользнули выше по талии. Неудобный купальник. То ли дело бикини!
Её бедра двигались в такт моим ласкам. От тела девушки исходило тепло и желание.
У меня уже всё затвердело и пришло в полную боеготовность, но войти сразу не вышло. Мешал последний барьер — узкая полоска купальника между её ног.
— Этот… дурацкий… купальник… — прохрипел я, отрываясь от её губ.
Взял сосок в рот, лаская языком, чувствуя, как он затвердевает.
Сэша закинула голову назад и застонала, её коготки оставили тонкие царапки у меня на плечах, но они сразу же исчезли.
Моя правая рука скользнула ниже, к последней преграде.
Ткань оказалась мокрой насквозь.
Я засунул пальцы под полоску и резко стянул вбок.
Провел большим пальцем по её влажным, горячим губам. Дыхание девушки сбилось, она снова целовала меня, почти захлёбываясь вожделением.
Она хотела, предвкушала, ждала.
Мой палец скользнул внутрь по её сокам.
Она оказалась невероятно тесной и обжигающе горячей внутри.
Её мышцы сжались вокруг пальца, пытаясь удержать.
Сэша застонала, когти впились в махровую ткань халата.
— Волк… капитан… пожалуйста… — молила она, двигая бёдрами, насаживаясь глубже на мой палец.
Хватит прелюдий.
У меня самого уже всё не просто затвердело, а превратилось в марагеновую сталь.
Я приподнял её за бедра — лёгкую, как пушинка.
Головка коснулся горячей влаги. Я вгляделся в её глаза.
— Готова, котёнок?
— Да! Кити-кити, да! — закивала она с затуманенным взглядом.
Я вошёл одним мощным, но контролируемым толчком.
Она вскрикнула — не от боли, а от заполненности.
Я замер на секунду, наслаждаясь этим моментом полного слияния, ощущая её плоть вокруг себя. Невероятное тепло, влага, лёгкая пульсация. Теснота, заставляющая стиснуть зубы.
— Двигайся… — взмолилась она, кусая мою нижнюю губу. — Пожалуйста…
Я начал. Сначала медленно, вынимая себя почти полностью и снова погружаясь в эту райскую влажную тесноту.
Она откинулась и начала двигаться мне в такт, зажмурившись и постанывая.
Каждый толчок заставлял её грудь подпрыгивать.
Мы нашли общий ритм.
Кресло скрипело под нами, протестуя.
Моя бионическая рука сжимала её упругую задницу, направляя движения. Настоящая рука мяла грудь, большой палец тёр сосок. Я чувствовал, как внутри неё всё сжимается сильнее, как нарастают ощущения.
— Волк! Я… я… кити-кити! — её крик был высоким, переходящим в мурлыканье.
Тело девушки напряглось, как тетива лука, затем её накрыло.
Оргазм прокатился по ней судорогой, заставив выгнуться дугой.
Внутренние мышцы сжали меня с невероятной силой, пульсируя волнами тепла.
Это ощущение — её конвульсивное сжатие вокруг меня — стало спусковым крючком.
Мой собственный оргазм грянул, как ударная волна от взрыва.
Глубокий, мощный, вырывающийся из самой глубины.
Я впился зубами в её плечо, заглушая рык, и толкнулся в неё в последний раз, до упора, чувствуя, как горячая волна окатывает её изнутри.
Пульсации казались бесконечными, выжимая из меня всё до последней капли.
Я растворялся в море чистейшего, животного блаженства.
Мы замерли, слившись воедино, тяжело дыша и слушая стук сердца.
Её тело обмякло на мне, мурлыканье стало громким, довольным.
Она соскочила с члена и устроилась у меня на груди.
Я обнял её, чувствуя умиротворение. Почти дзен, блин.
Пахло сексом, её цветочным ароматом и моим коньяком.
По телу растекалась сладкая усталость.
Голова в кое-то веки опустела. Только покой. И Сэша.
Тёплая, мурлыкающая, довольная Сэша на моих коленях.
— Ну что… — я усмехнулся, гладя её по волосам. — Бассейн ещё актуален?
Она лениво подняла голову, её глаза сияли лукавством.
