Гарфилд полностью

Джон наклонился к зеркалу, подвигал бровями и запел вполголоса: «Знаешь, если отрезать тебе руки, ты будешь похожа прямо на Венеру Милосскую!»

Гарфилд стал выть и валяться на полу.

– Господи, Гарфилд, с тобой все в порядке?

Вдруг и хозяин, и кот замерли, услышав знакомый нежный голос. Рядом стояла Лиз Уилсон, ветеринар, с выражением озабоченности на милом лице.

Джон хотел было что-то сказать, но не мог. Лиз улыбнулась.

– Давай-ка пройдем внутрь и посмотрим тебя.

Она имеет в виду меня, донжуан. Гарфилд подпрыгнул и начал ходить вокруг Лиз и, ласкаясь, тереться о ее ноги и мяукать, глядя ей в лицо. Она взяла его на руки и поцеловала в мягкие щеки. Гарфилд лизнул ее в нос. Они повернулись и пошли по направлению к смотровой.

Джон, раздосадованный этим поцелуем, молча следовал за ними.

– С Гарфилдом все в порядке, Джон. Он просто счастливый толстый и ленивый кот, – сказала Лиз, ощупывая его мощный торс.

Я хочу услышать это еще раз. Гарфилд протянул лапу и играючи ударил по кулону, висящему на ее шее, осторожно, не выпуская когти. Она пощекотала его по животу и засмеялась: «Какой же ты милашка, Гарфилд!»

Очарование старого кота всегда при нем...

Обалдевший Джон стоял рядом, не в состоянии вымолвить ни слова.

...в отличие от очарования старика Арбакла. Смотри, Джон. Учись у Кота Казановы. Он закрыл глаза (но не совсем), потерся рыжей щекой о ее руку и громко заурчал. Лиз носом прижалась к мордочке Гарфилда.

Джон наконец-то обрел дар речи:

– Я беспокоюсь о нем.

– Я знаю. Ты окружаешь его такой заботой, как никто другой, – нежно сказала Лиз.

Давайте-ка не будем говорить о нем, как о невидимке. У «него» есть имя.

Лиз погладила густую рыжую шерсть.

– Почему бы нам не отправить Гарфилда помыться? Я бы хотела сказать тебе пару слов наедине.

Нет ничего такого, что ты не можешь сказать Джону в моем присутствии.

При слове «наедине» сердце Джона бешено забилось в его груди. Когда Лиз пошла за помощником, его влюбленные глаза следовали за ней. «Она такая красавица!» – вздыхал он.

Ты запал на нее еще в школе. Решайся же, Джон. Она откажет тебе, и мы будем спокойно жить моей жизнью.

– Я должен пригласить ее на свидание, – сказал он, рассеянно поглаживая кота. – Пожелай мне удачи, Гарфилд.

Ну, если ты настаиваешь. Гарфилд подпрыгнул и начал носиться вокруг смотрового стола. Давай, чувак. Растопи ее! Как масло! Будь круче! Добивайся ее! Он схватился за пуговицы рубашки Джона и потянул его вниз, пока он не взглянул ему прямо в глаза. Все в твоих руках, парень!

Джон холодно сказал:

– Закончил свое представление?

В комнату вошел помощник, взял Гарфилда и унес его прочь.

Все равно, что мертвому припарки.

Они отправились в другую комнату на «помывку».

Начнем с легкого массажа, затем, может быть, обертывания с морскими водорослями. Немного сиацу и, наверное, попариться, чтобы легче дышалось. У вас есть сашими? А журнал? Потом легкие поглаживания живота и закончим прекрасной люфой. Спасибо.

Медсестра бултыхнула Гарфилда в ванну и вышла из комнаты. А другой работник начал купать его, хорошо промывая его шерсть руками в перчатках. Прижав рыжие уши, Гарфилд начал бить хвостом, поднимая бурю в ванне, и с ног до головы намочил помощника ветеринара.

Без малейшего колебания или угрызений совести я устрою тебе такое, что ты пожалеешь, что не взял на сегодня больничный, если ты не прекратишь весь этот беспредел. Гарфилд выпрыгнул из ванны на стол. Одним движением своего огромного мокрого тела он сбил все банки, склянки и коробки в радиусе полутора метров.

Плавающей походкой Джон пошел следом за Лиз через вестибюль в ее кабинет. Она села за стол и стала рыться в бумагах в поисках чего-то. Джон сел напротив нее.

– Джон, у меня есть к тебе важная просьба, – ее лицо стало серьезным. – Дело такое, что я не могу попросить о нем других парней, приходящих сюда.

Мог ли он поверить своим ушам? Сердце Джона начало бешено колотиться. Он молил Бога, чтобы Лиз ничего не заметила.

– Послушай, я, кажется, понимаю, к чему ты клонишь, – он запнулся от нарастающего волнения.

– Правда? – серые, словно капли дождя, глаза ее расширились.