Чеша репу, Гарри развернул сегодняшний номер… и с воплем побежал за волшебной палочкой, которую со вчерашнего вечера хранил в своём кабинете. Он хотел лишь одного: испепелить жёлтую газетёнку. И испепелил, ворвавшись в кабинет, чем до икоты испугал сидящую на форточке Буклю.
— У-ух! — сказала она, упав на кровать.
— Ещё какой. Если бы ты знала, что эта стерва написала про нас с Малфоем. Фикбучница недоделанная. Ведь мы всего пять минут на тачке проехались вместе, пять минут!!! У этих дур одно на уме. И как мне теперь, спрашивается, выходить из дома?
— Ух, — сказала сова и потёрлась клювом о волшебную палочку Гарри.
— Ты предлагаешь ходить по магическому Лондону и обливиэйтить всех, кому в руки попал сегодняшний номер? Или ты намекаешь на другое…
— Ух-ух, — кивнула Букля.
Гарри вышел из кабинета через два часа, утомлённый.
Впрочем, очень скоро вернулся обратно, потому что Джинни ходила за ним по пятам и пилила. Пилила на кухне, мешая пить кофе, пилила в ванной, мешая бриться, пилила в гостиной, мешая сосредоточиться, пилила в коридоре, мешая искать ключи, пилила в спальне, мешая одеваться в цивильное — и лишь в кабинет вход ей был ограничен особым заклинанием.
Буклю Гарри застал за мышиной вознёй — не успев ещё превратиться в сову, она стояла над клеткой и сыпала мышам хлебные крошки. Зверьки быстро подбирали корм, а Букля с ними сюсюкала:
— Ути-пути, какие хорошенькие! Ути-пути, какие серенькие! Гарри, а почему они не размножаются?
— А я их неплодимусом заколдовал. Хорошее заклинание. Если бы не оно, у нас была бы уже сотня мышей.
Букля вздрогнула и выронила хлебец.
— Это что. Значит, ты и меня можешь так же заколдовать? — спросила она звенящим голосом и уставилась на него, требуя немедленного ответа.
Гарри стушевался:
— Нет, Бу, ты что. Ну, сравнила. То мыши, а то ты… Да ведь и поздно уже.
— Поздно? — взъелась Букля. — Значит, собирался, да не успел? — И она с громким хлопком превратилась в сову. Для большего эффекта взлетела на насест, отвернулась к стене и нахохлилась, всем своим видом выражая крайнюю степень обиды. Однако эффекта добилась прямо противоположного.
— Как вы меня достали обе, — в сердцах сказал Гарри и исчез.
Как известно из школьного курса физики — если где-то что-то исчезнет, то оно тут же появится в другом месте. Вот и Гарри, исчезнув в своём доме, появился в магловском кабаке, где обычно встречался со своими друзьями. И не ошибся: по крайней мере один из друзей был тут как тут. Его лохматая рыжая голова виднелась издалека.
Гарри подсел к Рону, поздоровался и заказал для начала пивка.
— У меня траблы, — поделился он, но друг не отреагировал. Тогда Гарри взял его за шиворот и приподнял над салатом. Рон разлепил заплывшие глаза и что-то промычал. С его лица посыпались крабовые палочки и кукурузинки. — Эта стерва Скитер накатала про меня мерзкую статейку! Я даже не могу вслух сказать, что она там нагородила. Что теперь делать? Испепелить весь тираж? Да ты меня не слушаешь…
Раздался стук каблуков, и к ним подсела Лаванда.
— Ой, Рончик-бонбончик, он тебя опять напоил? Фу, какой противный. Ты с ним не водись, я про него сегодня знаешь что прочитала… — и она, подхватив рыжеволосое тело под мышки, поволокла вместе со стулом к выходу. Гарри вскочил, но Лаванда наставила на него палочку. Он сел, опасаясь нарушения Статута, шёпотом выругался, выпил поднесённое пиво и заказал белого вина, свято соблюдая заповедь «пить по нарастающей».
Рон и Лаванда исчезли на глазах у публики, но всем было настолько наплевать, что никто даже не повернулся в их сторону. «Вот как мои одноклассники относятся к Статуту о Секретности, — подумал Гарри. — И правильно делают. Всем всё до фени. А я в своё время пострадал из-за этого долбаного Статута. Кстати, где Бакти? Когда нужен, никогда нету».
Тут прямо у него над ухом раздался хлопок, и в воздухе повисла Гермиона, задев ботинком по уху татуированного с ног до головы старшеклассника. Тот чуть не вывихнул шею от любопытства. Гермиона аккуратно опустилась на пол, одёрнула мини-юбку и чмокнула Гарри в щёку, а потом села рядом, выдернув стул из-под какого-то посетителя, и затараторила:
— Гарри, я так рада тебя видеть! Ты не представляешь. Вчера всю ночь о тебе думала, даже не выспалась. Кстати, ты не видел Рона? Я повсюду его ищу.
— А зачем нам Рон? — спросил Гарри, потягивая «Шардоне». — Может, наверстаем упущенное?
Гермиона деловито посмотрела на хроноворот.
— Сегодня нет, мне нужно быть одновременно в пятнадцати местах. Может быть, завтра будет окно… А почему у тебя такой хмурый вид?
Гарри вспомнил о куче своих проблем и начал плакаться на жизнь:
— Джинни пилит, сова беременна…
— Сова? — Гермиона нахмурилась. — Этот стакан для тебя явно лишний, — и она, выхватив у Гарри недопитое вино, одним глотком опрокинула его сама.
— Да чёрт с ней, с совой, — Гарри поглядел по сторонам. — Рита Скитер сломала мне… — он закашлялся, и Гермиона заботливо огрела его по спине. — Карьеру. Ты видела сегодняшний «Пророк»?
