Я на эту машину смотрел, как на проклятую, но с отцовской улыбкой. Будто ребёнка воспитал. Хотя детей у меня никогда не было. И если до гиперджетов меня особо не допускали, там инженеры сами всё делали без моего участия, хотя иногда очень хотелось поковыряться внутри, то здесь я чувствовал себя, как в песочнице. Поломки не вызывали агрессию или недовольство, а наоборот, желание разобраться, лишний раз поковыряться под обшивкой. За месяц полёта удалось породниться с Внезапным. А к концу второго месяца, я жизни без него не представлял. Всё знакомое, всё понятное и привычное.
Казалось бы, чёртовы блюпринты и чертежи! Но как всё логично, точно и ёмко показано, представлено! Стоило мне погрузиться в изучение, и я буквально утонул в функционале. Много неожиданных вещей открылись для меня. Например, сигнатурный радар здесь был не только многофункциональный, с огромным количеством режимов, но и очень мощный. Бил на всё пространство среднестатистической звёздной системы.
Не прочти я блюпринты и мануал, которые Кобальт бережно хранил на бумажных носителях, я бы никогда в жизни об этом не узнал. Хотя бы потому, что переключатель режимов находится под обшивкой в тёмном углу, куда надо тянуться через дырку в вентиляции.
Правда, оставались и очень странные элементы, которые трогать я побаивался. О них ни в мануале, ни на блюпринтах не было ни слова. Например, огромный оранжевый рычаг, свисающий с потолка капитанского мостика в его дальнем левом углу. Что это такое? Для чего оно? Видимо одна из тех модификаций, которые бывший капитан сделал незадолго до нашего полёта. Поэтому никакая информация не была внесена ни в какие базы данных.
Единственное, что я нашёл — это бумажка с его изображением, а внизу подпись «Проснись и пой». В голове машинально промелькнуло окончание этой фразы: «ты — голубой». Короче, неинформативно. Поэтому я не трогал его. Мало ли, что ещё произойдёт… Вдруг — это рычаг самоуничтожения? Не удивлюсь, если Кобальт встроил и такой функционал.
В перерывах между бесконечными калибровками маршрута из-за древнего, как говно мамонта, автопилота, ведущими себя, как шалава на первом свидании, генераторами, которые сегодня хотят и работают, а завтра не хотят и не работают. В перерывах между драками за еду, потому что Овцебык был прав, люди действительно дуреют от голода, даже Герда не была исключением. Уже выздоровевшая, оправившаяся и зализавшая свои раны, она иногда буквально сатанела из-за недостатка еды.
Один раз набросилась на Дена и отняла у него таблетку со вкусом сметаны с солёным огурцом. Ещё через какое-то время и вовсе осмелела, начала гонять Уголька, который даже сделать ей ничего не мог, хотя иногда хотел. Мы, конечно, всегда находились рядом, следили за порядком. Но я и сам порой думал, а чего бы не облапошить Синицына на пару таблеток? Он же худой, ему много есть не надо. Приходилось гнать дурные мысли, как только можно. Ибо если уж, и я начну принимать участие в этом беспределе, то команда превратится в оголодавших гиен и коршунов.
Уж не знаю, как мы добрались до системы Бездна. Но последние дни проходили буквально в ожидании с подсчётом минут. Я глядел на механические капитанские часы на руке каждые две минуты, сидя в кресле пилота и запрокинув голову. Овцебык сидел на железном ящике и отбивал чечётку правым мыском. Герда крутилась в своём кресле и смотрела в потолок, Уголёк носился по коридорам, будто искал закладку. Ден и Андрей обсуждали что-то на своём научно-инженерском.
Запиликали несколько ключевых панелей с датчиками приближения к системе. Я тут же пристегнулся, достал корабельный комлинк и начал тараторить.
— Входим в систему, расчётное время остановки две минуты, всем занять места и пристегнуться.
Судя по звукам, приказ был исполнен мгновенно. Маневровые сопла были уже развёрнуты в нужные стороны, обратная тяга готова к включению. Я дождался нужной точки на радаре, после чего врубил торможение на полную. Внутренние органы начало вдавливать в грудную клетку, а саму грудную клетку крепко сдавило ремнями безопасности. Обратная тяга срабатывала толчками, поэтому после мощной тяги вперёд, нас отбрасывало назад к спинке кресла. И так пока скорость не упала до системной. Проверив ещё раз все датчики, я даже удивился, что ничего не сломалось в процессе. Единственное, что удручало — это количество оставшегося топлива. Как обычно на грани, меньше пяти процентов… Но в рамках перелётов внутри системы должно хватить.
— Дамы и господа, мы прибыли в систему Бездна.
— Уголёк, твой выход. Куда дальше?
Он отстегнулся и подошёл к панели управления судном.
— Где вбивать координаты?
— Скажи мне, и я внесу.
— Нет, покажи куда вбивать?
— Их нельзя просто вбить, нужно произвести кучу дополнительных настроек. Это тебе не игровая приставка. — я нахмурился. — Подожди, ты помнишь координаты наизусть?
— Да. Ладно, хер с вами.
