Из прочих малоприятных мелочей жизни, выяснилось, что на корабле ни одной бритвы, ни одного станка. Ничего. Заросшему Овцебыку не привыкать, а от я чесался, как тварь, ибо привык ходить гладко выбритым. Волосы лезли в глаза, на башке была огромная копна. Герда тоже обросла. Светлые короткие волосы стали длиннее и уже закрывали уши. Учёный хоть и казался задротом, задохликом, однако у него вымахала такая кудрявая бородища, какой ни у одного из нас не было, кроме Даная.
А вот Уголёк, видимо, столкнулся с проблемами среднего возраста ещё до Внезапного, поэтому на голове у него не появилось практически новых волос. Зато борода тоже отросла бесподобная.
Полдня перекидывались в карты, во что только не играли, начиная от дурака, заканчивая импровизированным покером. Уголёк в этом деле оказался не промах… Хотя можно ли было ожидать от него иного? В техасский холдэм выигрывал постоянно. Возможно, он мухлевал, или хорошо считал, или и то, и другое. Трудно сказать, я в этом не профи. Играли мы, разумеется, на крышечки, я уверен, что таким образом он прощупывал почву и пытался понять, кто из нас хорош в игре, а кто нет.
Вспомнилось, как мы несколько раз даже пробовали играть в крокодила и всякие угадайки. Но долго оно не продолжалось.
Наконец Гардикон уже был в обозримой близости. Радары начали пищать, я проверил всё ли в порядке. На панели связи обнаружился запрос сигнала.
— Стой! — воскликнул Уголёк. — Не отвечай!
— Почему?
— Это проверка. Они посылают сигнал, как только ты на него отвечаешь, они больше не связываются.
— Что за бред? Зачем?
— Не знаю. Но на первый сигнал отвечать нельзя. Только на третий. Таковы правила.
— Ладно, понял.
Через час уже маленькая точка жёлтой планеты виднелась через иллюминаторы корабля. Ещё через пятнадцать минут поступил второй сигнал. Мы его проигнорировали. Третий сигнал появился, когда мы вышли на орбиту Гардикона. Я окинул взглядом эту величественную планету. Чем-то напоминала Венеру в нашей системе, только без парникового эффекта. Сквозь атмосферу прекрасно видно рельеф, ту скалы, хребты и даже заснеженные шапки верхушек гор. Только цвет снега какой-то странный, переливающийся то розовым, то голубым, то зелёным.
Где-то вдалеке необъятные моря и озёра, но только искупаться в них не получится, это азотистые водоёмы. Температура на планете крайне низкая, при этом здесь практически нет привычного снега. Атмосфера разреженная, тоньше земной, плохо защищает от космической радиации. Лучшее место для Гарнизона. Но сколько всего хорошего начинается, когда мы попадаем в систему кратеров и пещер Гардикона…
Во-первых, там есть большие запасы жидкого кислорода, который можно использовать в собственных целях. Эти запасы огромны, вся система кратеров и пещер под поверхностью планеты — монументальна! Сами пещеры имеют разветвлённую структуру, глубина и размер, которых варьируется в пределах огромных чисел. Некоторые структуры могут поразить воображение среднестатистического человека с Земли, который привык, что пещера — это тесное холодное место со сталактитами.
Некоторые пространства настолько огромны, что там может поместиться целый город. Собственно, с Гарнизоном Бездна так и произошло, а характерное название он получил благодаря тому, что располагается над огромным неисследованным туннелем, который предположительно ведёт к самой мантии планеты. Но из-за смертельно опасных и крайне токсичных газов, Бездну исследовать проблематично и трудозатратно. Ко всему прочему учёные утверждают, что ничего интересного в Бездне нет, а исследование приведёт только к потере ресурсов.
— Вот такая вот перед нами планета, — сказал Андрей после долгого экскурса о её особенностях. — К-красивая и ужасная о-одновременно.
— Ты в маму или папу такой умный? — тявкнул Уголёк.
— П-предпочитаю не касаться т-темы родителей.
— Если ты так много знаешь о планете, расскажи, где здесь схлёстываются корпорации?
— Т-ты правильно о-отметил, я м-много знаю о планете, н-но о корпорациях — ничего.
— Зато я знаю! — встрял Уголёк. — Синхрон, Возрождение, Аквантикс. Вот три столпа Гардикона. Азот бог с ним… Этого добра и на Земле хватает. А вот Альвалиемид… Вот это настоящее сокровище. И им планета набита под завязку, как мешок дедушки мороза подарками.
— Альвалиемид?
— Да, это металл такой сверхпроводимый. — вклинился наконец Ден. — Обладает исключительными свойствами, идеально подходит для нейросинхронизаторов, нейродрайвов и нейроштормов. Нивелирует огромное количество побочных эффектов синхронизации.
— Вот оно как…
— Ага, за «Желток» корпы готовы друг другу глаза на жопу натягивать без передыху. Но официально Земные корпорации между собой воевать не имеют права, поэтому долбятся подставными фирмами, бесконечно организуют военные подряды, выгрызают друг у друга точки. Гардикон — это рай. — улыбнулся Уголёк. — Здесь всегда есть деньги, есть работа, есть ресурсы… Есть идиоты, которых легко облапошить. К одному из них мы сегодня же и пойдём.
Я напрягся.
— К чему такая спешка? Давай сначала обоснуемся, поймём, что к чему…
