Гарольд и его новая жена прожили вместе недолго, но их союз оказался плодотворным во всех смыслах: его результатом стало, с одной стороны, сближение двух могущественных семейств, с другой — появление на свет наследника, юного Харальда, родившегося, по-видимому, в начале 1067 года в Честере584.
Оба брачных союза Гарольда, при всех различиях, сыграли свою роль в его жизни и в его политической карьере. Союз с Эдит сразу же дал ему союзников и опору для того, чтобы править в Восточной Англии, а позже — наследников и, возможно, любовь. Но он оставлял простор для того, чтобы впоследствии заключить новый альянс с дипломатическими или политическими целями585. Второй брак обеспечил ему могущественных соратников для защиты своих прав на корону и наследника, на которого делали ставку и он сам, и северные эрлы. Увиденные в таком ключе матримониальные действия Гарольда хотя и несколько отступают от общепринятых норм, вовсе не являются чем-то необычным, особенно в Англии, где ощущалось влияние скандинавских обычаев. Как мы знаем, Кнут спокойно правил Англией, будучи, по сути, двоеженцем, хотя (как и у Гарольда) только один из его брачных союзов признавался церковью.
Скандинавские традиции, усвоенные в семье и определившие, в частности, его подход к брачным союзам, Гарольд передал и своим детям. Пятеро из них носили скандинавские имена Магнус, Гюта, Ульф, Гуннхильд и Харальд, и только двое — Годвине и Эдмунд — английские. Что можно сказать об отношении Гарольда к детям? Сын Гарольда от Алдиты, получивший имя отца, родился после его смерти, и о нем не имеет смысла говорить. Однако старшие дети от Эдит к 1066 году успели вырасти и вышли в люди. Если Гарольд женился на Эдит в середине 1040-х годов, его старшему сыну Годвине должно было быть в 1066-м около двадцати лет, и двое его братьев приближались к этому рубежу. Известно, что Годвине в 1066 году владел землями в Сомерсете586; скорее всего, он получил их от отца, и это подтверждает правоту Иоанна Вустерского, который, перечисляя сыновей Гарольда, называет Годвине первым587.
О детях Гарольда мы почти ничего не знаем, однако, собрав по крупицам разрозненные факты, можно представить, какое воспитание дал им отец. Вероятно они, как подобает сыновьям могущественного эрла, учились дипломатии и военному искусству. Годвине, Эдмунд и Магнус, очевидно, были слишком молоды, чтобы сражаться на Гастингсе, но они продемонстрировали (хотя и безрезультатно) свои успехи в овладении этими навыками, когда попытались вернуть семейные владения после завоевания. Они сумели заручиться поддержкой короля Диармайта Лейнстерского и возглавляли войско наемников, совершавшее набеги на юго-западные области Англии. Хотя в итоге братья не достигли цели, усилия, которые потребовались, чтобы отразить их натиск, свидетельствуют об их способностях к военному делу. Не исключено, что они участвовали в обороне Эксетера, в течение восемнадцати дней упорно сопротивлявшегося войскам Вильгельма, хотя здесь их вклад оказался менее заметным588. Дочери Гарольда тоже получили подобающее воспитание. Гуннхильд (как ранее ее тетя, королева Эдит)589 воспитывалась в монастыре Уилтон; позднее утверждали, что она принесла монашеские обеты590, но если это произошло, то, скорее всего, после завоевания. Возможно, она решилась на такой шаг, чтобы не попасть в руки нормандцев, но не исключено также, что таково было повеление Вильгельма, видевшего в ней угрозу своей власти. Как мы видим, Гарольд, в полном соответствии с обычаями своего времени, стремился обеспечить будущее своих детей. До нас дошли сведения о том, что один из новорожденных детей Гарольда, умерший до крещения, был похоронен в соборе Христа в Кентербери, рядом с гробницей святого Дунстана. Монахи в более поздние времена воспринимали этот поступок как богохульство, но мы легко можем увидеть здесь искреннюю заботу отца о своем умершем ребенке (по-видимому, матерью была Эдит)591.
