Кьяри нахмурился, став похожим на большую серую тучку.
– Закрыли тему.
– Да нет! Вы шутите, шутите, господин декан. Я скажу, когда смешно станет.
Уязвленный дракон сунул мне фужер с шампанским, крепко ухватил за локоть и повел в соседний зал.
Официанты суетились вокруг украшенных столов, а на импровизированной сцене готовился к своему выступлению Крис Кулман. При виде его сосредоточенного профиля у меня невольно перехватило дыхание.
Охватившее меня волнение не укрылось от цепкого взгляда зеленых глаз.
– Не думал, что такая прожженная стерва может что-то чувствовать.
– Не знала, что Кьяри-младший малолетняя ябеда.
Декан хрипло засмеялся.
– Ронни полчаса умолял меня взять его на этот вечер. Даже согласился на выдвинутые… просьбы. Естественно, мне стало интересно, что же возбудило в нем такой страстный интерес к науке, и я навел кое-какие справки. – И без всякого перехода: – Вы с Кулманом любовники?
Я подавилась шампанским, прижала руку к губам и с нескрываемым возмущением воззрилась на собеседника.
– Ну я так и подумал, – сделал свои выводы тот.
– Эрг!
Неуклюже огибая столики, к нам через весь зал неслась какая-то дамочка.
Она выглядела так, словно у нее атрофировались чувство меры, стыд и совесть. Обвешанная украшениями, как праздничная елка, причем елка необъятных размеров, которые она не постеснялась подчеркнуть платьем в облипочку цвета взбесившегося лимона. При каждом шаге леди ее внушительная грудь колыхалась и навевала мысли о приливах и отливах. И на всем этом великолепии скромно примостилась брошь в виде бабочки.
Дамочка сразу мне не понравилась. Вероятно, она не понравилась бы мне в любом случае, но дурацкая брошь значительно упростила дело.
А вот драконище явно проголодался, иначе зачем еще плотоядно облизывать губы и следить за приближающейся массой с таким интересом.
– Эрг… – жеманно протянула брюнетка, протягивая руку для поцелуя. – Я заждалась.
При ближайшем рассмотрении у леди обнаружился еще один недостаток – она была не только необъятной, но и высокой. Нет, до Кьяри, конечно же, не доросла, но, в отличие от меня, ей хотя бы не приходилось запрокидывать голову.
– Одну минуту, Розмари, – попросил декан, отпуская обслюнявленную руку леди. – Я провожу коллегу за наш столик и подойду… пообщаться.
Розмари придвинулась вплотную, размазав внушительную грудь о пиджак Кьяри, и томно прошептала:
– Поторопись, а то на шалости не останется времени.
Игриво коснувшись пальцами нижней губы дракона, дамочка ослепительно улыбнулась и поспешила прочь.
– Ваша любовница? – решила вернуть я шпильку.
В очередной раз доказав, что логика драконам неподвластна, Эрг Гай Кьяри прекратил пожирать глазами зад удаляющейся женщины и наклонился ко мне.
– Ревнуешь?
Я повторно подавилась шампанским.
Вот это самомнение! Такими темпами и без того непомерное эго чешуйчатого разрастется до размеров материка, отделится от своего хозяина и улетит в открытый космос, покорять другие миры.
Прокашлявшись, я пристально глянула в глаза декана и медленно покачала головой.
– Нет, по-прежнему не смешно. Советую заглянуть в библиотеку и почитать методичку с факультета сатиры.
– Проще нанять вас в качестве репетитора, – усмехнулся Кьяри, выпрямляясь.
– Учтите, я беру дорого! Очень дорого.
– Учтите, я ваше начальство. А с начальством надо дружить.
Продолжая шутливую перепалку, Кьяри довел меня до пункта назначения.
Столик располагался чуть в стороне от сцены, зато в первой линии, и был рассчитан на восемь человек. С противоположной стороны восседала чопорная пожилая чета, далее Белозерский с дочерью и младший Кьяри. При виде меня малец подскочил и кинулся отодвигать стул, да так поспешно, что ненароком задел стол, сдвинув его в сторону, и всем пришлось двигаться следом.
Убедившись, что я заняла один из трех свободных стульев, декан извинился и сбежал в объятья Розмари.
Скатертью дорожка! Может, в порыве страсти дамочка тебя раздавит. Или сожрет, что тоже вполне вероятно.
Эх, кто бы еще избавил от внимания младшенького дракона…
Играя роль галантного мужчины, Ронни Дуглас Кьяри осыпал меня дежурными комплиментами и старательно поддерживал разговор. Слава небесам, что до начала выступления Криса Кулмана оставалось не так много времени, а то я уж начала приглядываться к другим гостьям с позиции свахи.
Но замысел свести дочь Белозерского с дракончиком потерпел фиаско на стадии замысла – на сцену вышел Крис, и мир перестал существовать.
К моему глубочайшему разочарованию, Кьяри-старший все-таки вернулся. Слегка растрепанный, но целый и даже не помятый. Залпом осушив стакан с водой, довольный жизнью декан откинулся на спинку стула и блаженно улыбнулся.
– Помаду с шеи сотрите, – бросив ему салфетку, буркнула я, следя за выступлением Кристофера.
А тот, надо отдать должное, оказался невероятно хорош.
