— Я был там! — воскликнул Гарри. — Но он не вернулся! Я не знаю, что могло его задержать, но он не вернулся! А я так хотел… — он осекся.
— Хотел — что? — резко настиг его голос Валери.
Гарри не ответил. Валери посмотрела на него очень внимательно.
— Иди сюда.
Гарри подошел, она встала из-за стола и просто обняла его. Гарри чувствовал, как к горлу подкатывает мучительный острый комок, но ничего не мог с этим поделать. Он впился пальцами одно руки в шершавую поверхность стола, другой — в плечо мисс Эвергрин, и молился, чтобы та слабость, которая отчаянно проступала сейчас в его глазах, была следствием того, что он что есть силы уставился на колышущийся огонек горящей свечи. Он еле слышно хлюпнул носом и принялся свирепо стирать кулаком с лица предательскую влагу.
Скрипнула дверь.
— Поттер, вы пришли попросить профессора Эвергрин, чтобы она сменила вам подгузник? — этот язвительный голос нельзя было ни с чем перепутать.
— Профессор, — пропел не менее язвительный голос Валери. — Почему мне приходится так долго вас ждать? Выбирали, в каком из оттенков черного вы будете наиболее неотразимы?
— Делать мне больше нечего, как наряжаться, чтобы нанести визит вам и Поттеру, — сварливо рыкнул Снейп. — Что вам было угодно, профессор?
— Гарри хотел нам что-то рассказать, верно, Гарри? — Валери подняла лицо Гарри за подбородок и незаметным движением смахнула последнюю каплю отчаяния в уголке его глаза. — Расскажи нам точно и в подробностях, что ты видел. И при чем здесь — это, — она повертела в руке бутылку. — Странно. Она теплая на ощупь, и в ней точно что-то движется. Внутри. Гарри, что это?
— Это, — решился парень. — То, с чего все началось. То, из-за чего мы попали сюда.
Он опустился на стул и принялся рассказывать все с самого начала. Как он выловил летом из моря бутылку с джинном и как скрывал его почти полгода. Про свое первое желание, и как Джим спас жизнь им с Роном и Гермионой. Как он все время думал о том, что можно сделать с Вольдемортом при помощи Джима. Про свое второе желание и то, как Джим отказался отправить их обратно. Про то, как его отец украл Свиток Ллуда прямо из-под носа Салазара Слизерина. И, наконец, заикаясь от напряжения, про беседу основателей, которую он только что подслушал.
— Я думаю, что если бы я не пожелал, чтобы Вольдеморт исчез из этого мира, ничего бы не случилось! — под конец Гарри разгорячился не на шутку. — Тогда бы Бладштейн и Малфой не приказали дементорам штурмовать Хогвартс! И мы бы не оказались здесь! Свиток, по всей видимости, действительно содержит информацию о сильных заклятиях, иначе бы Дамблдор не попросил бы отца достать его!
Оба профессора посмотрели друг на друга.
— Поттер, утихомирьте свои комплексы, — сердито каркнул Снейп. — Не могу в это поверить! От вашего папаши, конечно, можно было всякого ожидать, да и вы всегда ухитрялись влезать в неприятности, но это уже слишком! Один украл наш единственный шанс на спасение, а второй… Вы превзошли сами себя, Поттер! Вам известно, что Министерство осуществляет строгий контроль над найденными джиннами, чтобы никакой остолоп вроде вас не мог их использовать в своих целях? Самоуправство в таких случаях карается заключением в Азкабане!
— Когда Гарри вернется назад, то, боюсь, Азкабан покажется ему наименьшим из зол, которые будут подстерегать его, — заметила мисс Эвергрин, презрительно проехавшись тяжелым, как танк взглядом по Снейпу, скукожившемуся на другом краю стола возле тусклой свечи и мрачно разглядывающему ее недописанное послание Глору. — Что это вы там рассматриваете?
— Ничего, — буркнул Снейп, презрительно отворачиваясь от ее личной переписки.
— Прекрасно. Тогда нам нужно решить, что теперь делать. Оставаться ли в Хогвартсе или искать другое место.
— Вы можете предложить несколько? — насмешливо протянул Снейп. — Если я правильно понял, местный Совет магов не сделает ничего, пальцем не пошевелит, чтобы нам помочь, а, напротив, с радостью использует в своих целях и дрязгах с маглами. Мало того, что мы угодили не в самое для нас приятное время — маглы собираются в свой идиотский крестовый поход, жадные мерзавцы, и их попы разжигают в простецах религиозную истерию, так еще и основатели Хогвартса устраивают скандалы именно сейчас, когда мы здесь!
— Ну, насчет религиозной истерии вы загнули, любезнейший. Разве маги-маглоненавистники не вели себя так же во все времена? Вот Салазар Слизерин меня беспокоит куда больше…
— Не думаю, что все это так серьезно.
— А я думаю, профессор, что это и есть та самая легендарная ссора Основателей, и мы сейчас оказались в большом…
— Г-хм! — угрожающе захрипел Снейп. Валери осеклась. Они оба уже говорили так, словно Гарри не было рядом.
— Думаю, что если уж нам суждено остаться здесь, то дети действительно должны продолжать учиться. У кого это только возможно. Для них сейчас важны любые знания, которые помогут им выжить.
— Вы уже говорите не о жизни даже, а о выживании? — усмехнулся Снейп.
