— Мне это нужно, Гарри. Я не смогу быть с Роном, если этот сон продолжит болтаться в подсознании, — воскликнула Гермиона. — Поцелуй меня, и докажи, что этот сон — просто сон. Поцелуй меня один раз, как целовал Джинни. Обещаю, на нашу дружбу это не повлияет.
Гарри хотел было возразить, но заметил выражение глаз Гермионы. И он всё-таки дал ей обещание.
— Ты точно уверена?
— Пожалуйста, Гарри. Я... я бы не просила, если бы не нуждалась в ответе.
— Когда ты хочешь это сделать?
— Я... я думала, сейчас, — ответила Гермиона.
— Прямо сейчас? — недоверчиво уточнил Гарри.
— Это может быть наш единственный шанс. Когда спустимся, нас наверняка окружат поздравители и репортёры. Вряд ли мы скоро сможем опять побыть
7/821
наедине. А мне ещё и Рону надо ответить на его предложение.
Некоторое время Гарри просто смотрел на свою подругу. Наконец он кивнул:
— Ладно, только сначала зубы почищу. Если уж я буду тебя целовать, не хочу, чтобы у меня изо рта воняло, — сказал он с лёгкой улыбкой.
— Спасибо, Гарри! — воскликнула Гермиона, заключая его в объятия.
Отстранившись, она снова посмотрела на своего друга:
— Прости, если тебе будет неловко это делать. Я знаю, что и близко не такая симпатичная, как Джинни или Чжоу, но... — она не закончила, потому что Гарри приложил ей палец к губам:
— Гермиона, ты определённо ничуть не менее красивая, чем Джинни. А в некоторых аспектах даже красивей.
Девушка покраснела:
— Спасибо, Гарри, но тебе не обязательно было это говорить. Я же знаю, что внешность у меня так себе.
Гарри улыбнулся:
— Это не просто слова, Гермиона. У меня, кажется, челюсть до сих пор малость разболтана после того, как я увидел тебя на Святочном балу, так сильно она отвисла, — это и вправду было единственным светлым пятнышком в остальном проблемного вечера. — Рону очень повезло, что у него есть ты.
— Спасибо, Гарри. Джинни с тобой тоже повезло, — улыбнулась Гермиона в ответ.
Её взгляд по-прежнему был прикован к его лицу. Тихий шёпот на задворках разума вопрошал: '
— Ну, давай с этим разберёмся. Сейчас сбегаю почищу зубы, а потом сразу вернусь.
— Ладно, Гарри, — отозвалась Гермиона, всё так же не отводя взгляда.
— Эм, Гермиона, у меня, видишь ли, прошлой ночью не было пижамы, и... — запнулся Гарри.
Гермиона всё еще была погружена в мысли о комплименте Гарри, и смысл слов до неё дошёл только через несколько секунд.
— О... так ты... — Гермиона посмотрела на голую грудь парня и сообразила, что под одеялом голое у него не только это.
— Ага, нагишом.
Она смотрела на него ещё несколько секунд. Её щёки стали пунцовыми, но наконец она опомнилась:
8/821
— Вот, держи, — она залезла в бисерную сумочку, которую носила с собой весь последний год, и вытащила комплект одежды. — А я на пару минут выйду.
Пятью минутами позже они снова сидели на кровати Гарри, лицом друг к другу.
— Ты точно уверена, что хочешь это сделать? — снова спросил Гарри, нервно вздохнув.
— Да, Гарри. Один поцелуй, и мы сможем вернуться к тому, чтобы быть лучшими друзьями. И спокойно жить дальше.
— Ладно, поехали.
Наклоняясь к Гермионе ближе, Гарри ясно различил её глаза. Он на мгновение заколебался, когда их губы разделял лишь дюйм, но затем решительно сократил расстояние.
Когда их губы соприкоснулись, в воздухе вокруг них родился чистый звук, чем-то напоминающий пение феникса. Глаза их были закрыты, но даже через веки они увидели окутавшее их яркое золотое сияние. Однако вскоре они уже замечали только друг друга. Поцелуй становился глубже, их губы раздвинулись, а языки сплелись. Мысли о последних днях и даже об их жизнях словно бы исчезли, остался лишь поцелуй. Ничто не ощущалось таким же прекрасным, как ощущение прикосновения губ другого.
Наконец поцелуй завершился, и они посмотрели друг другу в глаза. Какое-то время ничего кроме этого они не видели, но скоро осознали, что вокруг и нечего видеть. Они больше не были в башне Гриффиндора, а оказались в какой-то комнате с чистейше белыми стенами.
— Что произошло? — спросила Гермиона, всё ещё чувствуя лёгкий дурман от мощи полученного поцелуя.
Гарри огляделся по сторонам и перевёл взгляд обратно на Гермиону, которая почему-то оказалась совершенно голой.
—Эмм, Гермиона, ты не одета.
Смысл этих слов полностью дошёл до Гермионы, едва она опустила взгляд. Её рука немедленно взлетела, прикрыв груди, а вторая ладонь легла на интимную зону. Посмотрев на Гарри, она увидела то, что он чуть раньше не дал ей увидеть:
— Ты тоже, Гарри.
Гарри немедленно прикрыл руками свой пах, но, к несчастью, он слишком долго любовался Гермионой, и его тело закономерно отреагировало, сделав прикрытие непростым. Скрывая смущение, он отвернулся от Гермионы и начал разглядывать комнату. Она казалась ему смутно знакомой. Через секунду он сообразил:
— Очень похоже на место, где я прошлой ночью встретился с Дамблдором. По крайней мере, ощущается так же.
9/821
— Когда ты умер? То есть... — Гермиона запнулась, осознав, что сейчас Гарри должен был ощущать.
— Ага. Ощущения примерно те же.
