— Нет, спасибо, я обещала Дина встретить, — ответила Джинни, и Гарри невольно отметил, что в ее голосе нет особого энтузиазма. Оставив Рона с Лавандой в подобии вертикальной борцовской позиции, Гарри повел Гермиону к никем пока не занятому столу.
— Как провела Рождество?
— Да неплохо. — Она пожала плечами. — Ничего особенного. А как все прошло у Бон-Бона?
— Сейчас расскажу, — пообещал Гарри. — Послушай, Гермиона, ты не могла бы?..
— Нет, не могла бы, — отрезала она. — Даже и не проси.
— Я думал, может… ну, ты понимаешь, после Рождества…
— Это Полная Дама выдула бочку пятисотлетнего вина, Гарри, не я. Так какие важные новости ты мне хотел сообщить?
Она выглядела в эту минуту слишком разгневанной, чтобы препираться с ней, поэтому о Роне Гарри больше заговаривать не стал и пересказал ей подслушанный им разговор Малфоя со Снеггом.
Когда он закончил, Гермиона немного помолчала, размышляя, потом спросила:
— Ты не думаешь…
— Что, предлагая помощь, он притворялся, хотел обмануть Малфоя и выведать, чем тот занят?
— Ну в общем, да, — сказала Гермиона.
— Отец Рона и Люпин тоже так считают, — нехотя признал Гарри. — Но ведь из их разговора явно следует: Малфой что-то задумал, ты не можешь этого отрицать.
— Нет, не могу, — медленно отозвалась она.
— И действует он по приказу Волан-де-Морта, как я и говорил!
— м-м-м… а имя Волан-де-Морта кто-нибудь из них упоминал?
Гарри нахмурился, стараясь как следует все припомнить.
— Не уверен… Но Снегг точно произнес слова «твой хозяин», а кем еще может быть этот «хозяин»?
— Не знаю, — покусывая губу, сказала Гермиона. — Скажем, отцом Драко?
Она смотрела в другой конец комнаты, явно уйдя в свои мысли и даже не замечая щекочущую Рона Лаванду.
— А как Люпин?
— Да не очень, — ответил Гарри и рассказал ей о работе Люпина среди оборотней и о трудностях, с которыми он столкнулся. — Ты когда-нибудь слышала об этом Фенрире Сивом?
— Еще бы! — вскричала Гермиона, и в голосе ее прозвучал испуг. — И ты тоже слышал, Гарри!
— Где, на уроках истории магии? Ты же знаешь, я редко прислушиваюсь…
— Нет, не на уроках — Малфой грозил им Горбину! — воскликнула Гермиона. — Помнишь, в Лютном переулке? Сказал, что Сивый — старый друг их семьи, что он будет следить за успехами Горбина!
Гарри, разинув рот, уставился на нее:
— Совсем забыл! Но ведь это доказывает, что Малфой — Пожиратель смерти, иначе как бы он мог связаться с Сивым, да еще и командовать им?
— Да, очень подозрительно, — почти прошептала Гермиона. — Если только…
— Да брось ты, — раздраженно сказал Гарри, — уж этого-то ты никак объяснить не сможешь!
— Ну… не исключено, что его слова были всего лишь пустой угрозой.
— Знаешь, ты просто невероятна, — покачивая головой, сказал Гарри. — Ладно, потом увидим, кто из нас прав… Тебе еще придется извиниться за свои слова, Гермиона, точь-в-точь как Министерству. Ах да, я, кроме всего прочего, и с Руфусом Скримджером поссорился…
Остаток вечера они провели, дружно костеря министра магии, ибо Гермиона, как и Рон, считала, что после всего пережитого Гарри в прошлом году по вине Министерства просить у него помощи — просто наглость с их стороны.
Новый семестр начался на следующее утро с приятного для шестикурсников сюрприза — кто-то приколол ночью к доске объявлений в гостиной большой лист, на котором значилось:
УРОКИ ТРАНСГРЕССИИ
Если вам уже исполнилось семнадцать лет или исполнится до 31 августа, вы вправе пройти двенадцатинедельный курс обучения трансгрессии, ко¬торый будет вести назначенный Министерством магии инструктор.
Желающих принять участие просим расписать¬ся ниже.
Плата за обучение: 12 галеонов.
Гарри с Роном присоединились к небольшой кучке тех, кто собрался у доски объявлений и поочередно расписывался внизу листа. Рон как раз вынимал перо, чтобы поставить свое имя под именем Гермионы, когда подобравшаяся к нему сзади Лаванда за-крыла Рону глаза ладонями и взвизгнула:
— Угадай кто, Бон-Бон!
Гарри, отвернувшись от них, увидел уходившую Гермиону и присоединился к ней, не желая оставаться рядом с Роном и Лавандой, но, к его удивлению, Рон нагнал их сразу за портретным проемом — уши его горели, лицо было сердитым. Гермиона, не произнеся ни слова, ускорила шаг и присоединилась к Невиллу.
— Так, значит, трансгрессия, — сказал Рон, и по тону его было совершенно ясно, что Гарри лучше о случившемся не упоминать. — Наверное, весело будет, а?
— Не знаю, — ответил Гарри. — Может, делая это сам, чувствуешь себя и получше, но когда меня брал с собой Дамблдор, я никакого удовольствия не получал.
— Да, я и забыл, ты же уже трансгрессировал. Хорошо бы пройти испытания с первого раза. — На лице у Рона появилось озабоченное выражение. — У Фреда с Джорджем это получилось.
— Зато Чарли провалился, верно?
