Судьба не всегда была благосклонна к Констанс Маккинон, красивой образованной девушке, блестяще владеющей несколькими иностранными языками и успешно работающей переводчиком. Она хранит в своем сердце тяжелые воспоминания о детстве, о безвременно погибших родителях, о мужчине, который предал ее ради карьеры… Кажется, будущее безотрадно и ничего не сулит ей. Но вот случайная встреча с таинственным незнакомцем коренным образом меняет ее судьбу, и две жизни — такие разные — сплетаются воедино.
Катер скользил по чистейшей воде, такой прозрачной, что за бортом, глубоко внизу, можно было разглядеть проносящихся мимо ярких рыб. Вдали море густо синело, местами отсвечивая зеленым, а там, где дно покрывали водоросли, темнели пятна цвета густого вина. Кон-станс подплывала к острову. Она старалась быть спокойной, изо всех сил сохраняя невозмутимое выражение лица, хотя очень разволновалась. Воспоминания нахлынули на нее бурной лавиной. Да, здесь она познакомилась с ним. Что ж, в ее жизни не было особых подъемов, зато не было и сокрушительных падений. До тех пор пока не появился Сидней.
Разумеется, она справится с этим разрушительным чувством. Пусть одиночество и печаль, но ведь то, что было между ними, просто романтическая иллюзия. После того как Фрэнк бросил ее, она страдала так, как, ей казалось, еще никто не страдал. Но она справилась с этим. Справится и сейчас. Придет время, и она еще будет счастлива.
Ее беспокоило другое. Сидней пробудил в ней абсолютно новую женщину, дикую и чувственную, которая могла сделать такую глупость, как предложить себя на одну ночь!
По своему прошлому опыту Констанс не считала себя чувственной. Фрэнк был чутким любовником, он всегда старался, чтобы она получила максимум ощущений, и Констанс откликалась на его ласки радостно и с теплотой. Но это не могло сравниться с той бурей страсти, которую Сидней пробуждал в ней одним своим прикосновением. Ту, другую женщину, которой она становилась в такие моменты, Констанс не знала, да и не хотела знать.
Утешало ее только одно: Сидней тоже был на какое-то мгновение захвачен этой страстью, но он смог этому противостоять. А она оказалась слабее.
Прекрати, приказала себе Констанс, Немедленно прекрати. Но ничего не получалось. Она закрыла глаза и вспомнила все…
Констанс Маккинон прибыла утром в «Гранд Каскаде» — знаменитый отель на Гавайях, хозяином которого был француз. Отель славился изысканной французской кухней, роскошными интерьерами и гостеприимством. Поэтому его и выбирали бизнесмены и политики для проведения встреч на высшем уровне и неофициальных мероприятий. Завтра должно было открыться подобное совещание, и Констанс была приглашена на него переводчиком японского языка.
Оставив позади шумный и пыльный Нью-Йорк, суетную деловую жизнь большого города, девушка полной грудью вдохнула свежий морской воздух, пропитанный ароматом раскаленных на солнце душистых трав и цветов. Несмотря на то что приехала ома сюда не на отдых, а для напряженной работы, сама атмосфера курорта, природа острова и комфортабельный отель действовал и успокаивающе, расслабляли нервную систему. Закончив оформление и необходимые дела, Констанс спустилась в бар, чтобы выпить чашечку кофе и передохнуть.
Улыбчивый темнокожий мужчина средних лет, который уже много лет работал здесь барменом, встретил ее, как свою, да она и была здесь своей. По долгу службы ей часто приходилось бывать в этих местах.
— Рад тебя видеть. Как дела? — приветствовал ее Билли.
— Спасибо, все идет своим чередом. Новостей практически нет. Много работаю.
— Думаю, тебе будет интересна предстоящая встреча.
Большие зеленые глаза Констанс Маккинон грустно блеснули, брови вопросительно поднялись.
— Почему ты так думаешь?
— Ну, все-таки участники совещания твои земляки. Тебе, наверное, интересно с ними пообщаться.
Констанс улыбнулась бармену, поставившему перед ней высокий стакан с холодной минеральной водой и чашечку ароматного кофе.
— К тому же те австралийцы, которые приедут сюда, очень важные люди, — серьезно сказал он.
— Да, министр финансов и министр торговли собственными персонами явятся сюда поговорить со своими японскими коллегами. Большие шишки, — беззаботно отозвалась Констанс, пряча за ослепительной улыбкой неосознанно возникшее вдруг неприятное чувство.
С самого начала она хотела было под благовидным предлогом отказаться от участия в переговорах, имея для этого личные причины, но не в ее правилах было говорить «нет», когда предлагают работу. Ее ценили за безупречный японский и часто приглашали переводить деловые встречи. А Констанс любила свою работу, и ей нравилось приезжать сюда, на Гавайские острова. Потягивая прохладную минералку, она окинула взглядом владения Билли. Бар был прекрасно оформлен, здесь царила уютная домашняя атмосфера.
— Я и не знала, что все еще так заметно мое происхождение, ведь я уехала из Австралии десять лет назад, — задумчиво произнесла Кон-станс. Да, она уехала, когда ей исполнилось восемнадцать. И мне там было не слишком хорошо, подумала она. Скорее, очень плохо.
— У тебя еще остался небольшой акцент, ответил Билли и переключил свое внимание на человека, который вошел в бар и сел за один из столиков.
— Добрый день, сэр. Что вам принести?
— Виски с содовой, сильно разбавленное, пожалуйста.
