Более изысканному вкусу я бы хотел напомнить сейчас о Фридрихе Гёльдерлине, друге Гегеля и Шиллера, не признанном при жизни ни Гёте, ни Шиллером, взявшим себе за идеал античность и придавшим ей романтические черты. Гёльдерлин был заново открыт самими немцам через полвека после его смерти, затем его открыли для себя уже в ХХ веке немецкие экспрессионисты и французские сюрреалисты. У нас же в России художественный опыт великого Гёльдерлина не вполне освоен. Есть же у него для нас и достаточно злободневное указание: "И тогда ведь создать хотели / Царство искусства. Но при этом / Отечественное забыли…" Однако дальше читайте сами. Заодно добавляю кое-что из Новалиса, Шамиссо, фон Платена, Рюккерта, Мёрике, Геббеля и уже почти вчерашнего современника Бертольта Брехта.
Фридрих ГЁЛЬДЕРЛИН
(1770 — 1843)
***
…ты считаешь,
Что так и будет,
Как прежде?
И тогда ведь создать хотели
Царство искусства. Но при этом
Отечественное забыли,
И бедная Греция так,
Прекраснейшая, скоро погибла.
***
Зайди же, солнце милое, внемлют ли
Они тебе? Им святость неведома,
Когда беспечно ты и тихо
Над всеми суетными восходишь.
А для меня ты восходишь дружески,
И твой закат для меня озарение!
Я чту божественное чутко,
Дух мой тогда Диотима лечит
Своей любовью! Как солнце мне она,
Я внимал ей одной, и как сиял тогда
Мой взор и преданно и нежно,
Ей навстречу. И как шумели
Ручьи живые! Травы земли глухой
Каждым цветком ко мне ластились;
И в ясном небе, улыбаясь,
Благословлял меня Эфир свыше.
ПОЭТЫ-ЛИЦЕМЕРЫ
Племя ханжеское, хоть о богах молчи,
Холод в ваших умах, ничто вам Гелиос,
И бог морей, и громовержец,
Земля мертва, кому вас чествовать?
Утешьтесь боги! Вами украшена песнь,
Пусть даже из ваших имен душа вынута,
А есть нужда в высоком слове,
Мать-Природа, тебя помянем!
МОЛИТВА ЗА НЕИЗЛЕЧИМЫХ
Время, не медли, приди,
приведи их к глаголу без рифмы.
Пусть увидят тогда, как способны они.
Время, их опорочь,
приведи их к зияющей бездне;
Пусть поверят тогда, как порочны они.
Спесь безмерна в глупцах,
и отступит лишь перед безмерным.
Прахом не станут они,
если свой прах не узрят.
ЗАКАТ СОЛНЦА
Где ты, о свет?
Душу мне полнят сумерки,
Гаснут ласки твои, словно только что
Услышал я, как полный музыки
Солнечный юноша восторженно
На лире небесной серенаду сыграл;
И в полях, в холмах эхо откликнулось.
Но вдаль от мирного народа,
Что славит его, он ушел уже.
НОВАЛИС
(1772 — 1802)
ЖИЗНЬ РУДОКОПА
Владеть планетой волен
Лишь повелитель руд,
Кого глубины штолен
Хранят от внешних смут.
Кто каждой скальной жилы
Изведал тайный строй,
Выкладывая силы
В подземной мастерской.
С земной чудесной бездной
Навеки связан он,
Он, как жених с любезной,
С землею обручен.
Он грезит утоленьем,
И муки не страшась,
И потом и терпеньем
Скрепляет эту связь.
Преданье дней нетленных,
Ушедших в глубь времен,
Из уст земли блаженных
Выслушивает он.
Святое дуновенье
Вокруг его чела,
И в каменной геенне
Ночь для него светла.
Все для него живое,
Везде его страна.
Так воздает с лихвою
За труд ему она.
Бегут послушно воды,
С его желаньем в лад,
И каменные своды
Свой отворяют клад.
Он добывает злато
И зерна хрусталя.
Чтоб искрилась богато
Корона короля.
Идет его нажива
Для высшего двора,
Но он живет счастливо,
Не накопив добра.
Он дел и мыслей черных
Чурается один,
Глубин и высей горных
Веселый властелин.
Адельберт фон ШАМИССО
(1781 — 1838)
ШИЛЛЕР
А вы бы вспять хотели возвратиться,
Безликий век вам больше по уму?
Нет, время вам не засадить в тюрьму,
И ни к чему на прошлое молиться.
Сдержать рассвета блещущие спицы
Еще не удавалось никому:
Встает заря, разоблачая тьму, —
И вот сияет солнца колесница!
Ослепли вы, не доверяя взору,
И, слушая, вы глухи всё равно —
Вы близитесь к плачевному позору!
Завету Бога сбыться суждено:
Плод времени в свою поспеет пору,
Что вовремя — да будет свершено.
Август фон ПЛАТЕН
(1796 — 1835)
ПОДРАЖАНИЕ ВОСТОЧНОМУ
Постигни как благую цель
отечество свое!
Цени превыше всех земель
отечество свое!
Купец из Персии, придя
в чужие страны, говорит:
Доставлю лучший груз отсель
в отечество свое.
Когда восточный соловей
восторженно поет,
Свою он хвалит колыбель,
отечество свое.
Весной восходит первоцвет,
за ним цветы другие,
Я первую газель принес
