Особое место в обсуждении данной темы занял вопрос о клонировании человека и человеческом достоинстве. На нем особо акцентируется внимание в упомянутой Декларации ООН и богословских оценках. Правда, текст этой Декларации, в отличие от богословских, можно прочитать так, что в принципе клонирование человека не исключается по существу и не запрещается, а лишь в тех случаях, когда оно ведет к ущемлению его достоинства. Вместе с тем это обстоятельство четко никак не оговаривается, и потому может сложиться впечатление, что клонирование человека всегда должно повлечь за собой такое ущемление. С этим трудно согласиться.
Уже сегодня все говорит о том, что нельзя допустить продления моратория на научные исследования в области клонирования человека, ибо такой запрет непосредственно противоречит правам и свободам граждан России, в первую очередь их праву на жизнь, демократическим и гуманистическим принципам, интересам развития отечественной науки!
Литература
1.Крутов Б., Болонкин А. Бессмертие станет реальностью? //Панорама. — № 962, 15–21 сентября.
2. www.wco.ru/biblio/books/kaft1/H1-Thtm
3. Кирилл, митрополит Смоленский и Калининградский. Лишь близость к Богу дает человеку силы... //Комсомольская правда, 2000, 12 июля (№ 125).
4. Конституция Российской Федерации, раздел первый, глава 2, статья 20.
Высший государственный интерес
02 Фев 2010 г. ТрВ № 46, c. 15, "Авторская колонка" Иван Экономов Рубрика: Авторские колонки
Постоянно читаю в моей любимой газете о многих хороших и разных инициативах научной общественности. В большинстве случаев горячо их одобряю и поддерживаю, однако с некоторыми хочется поспорить. Во-первых, вызывает у меня сомнение постоянно муссируемая на страницах газеты тема о якобы вредности федерального закона о госзакупках. Мол, этот закон позволяет отбор лучших научных и технологических проектов подменять отбором более дешевых проектов, а это для науки плохо.
Не спорю, иногда для науки это может быть и не очень удобно, но нужно ведь смотреть на вопросы не с узколобой ведомственной точки зрения, а с позиций высшего государственного интереса. А в чем состоит высший государственный интерес, особенно — в эпоху кризиса? Правильно, в том, чтобы экономить каждую государственную копейку. Кроме того, в тяжелую годину кризиса исключительно важно поддерживать социальную стабильность. А закон о госзакупках этому очень даже способствует!
Попробуйте посмотреть на дело с этой точки зрения, и сразу все станет на свои места. Какой-нибудь ученый начинает охать и ахать, когда узнает, что вместо одного хорошего проекта поддержали два никудышних, а тут, наоборот, радоваться нужно. Во-первых, за два плохих проекта бюджет заплатит меньше, чем за один хороший. Во-вторых, не один, а два коллектива получат деньги на жизнь и смогут худо-бедно пережить год-два. И даже более того скажу. У малоквалифицированных коллективов без закона о госзакупках не было бы шанса получить финансирование, и, сидя без денег, люди роптали бы и представляли бы угрозу для социальной стабильности. Хороший же коллектив, не получив лота, все равно выкрутится: наверняка он другие проекты имеет, а если не имеет, то найдет, да если и не найдет, то за границу свалит и будет представлять угрозу тамошней социальной стабильности, а не нашей.
Еще одно возражение против закона: бумажной возни масса, а чиновникам воровать он не мешает. Смешно, коллеги, ей-богу: какой такой закон нашим чиновникам воровать помешать может? Никакой. Всегда они лазейку найдут, воровали, воруют и воровать будут. А бумажной работой неорганизованным научным умам заниматься полезно — дисциплинирует и к государственному порядку приучает.
