Станок длиною с плавательный бассейн. Вытачивается вал для скоростной паровой турбины. Длинная, драгоценная деталь со множеством углублений, выточек, фланцев вращается, подставляя прожекторам округлые бедра, груди, живот. Металл отражает высокое туманное солнце, сияние ламп, мерцание далекой сварки. Обретает свойство телесности. Дышит, источает тепло, нежность, скрытую силу. Похож на дремлющее, сотворяемое на глазах существо. Так на картинах Микеланджело творящий Господь прикасается перстом к неодухотворенному, еще не воплощенному человеку. Пока еще неживой, без жизненных соков, напоминает мертвую прекрасную статую. Но вот легчайшее дуновение, вселение духа — и он ожил, засветился, принял черты Творца, стал подобием Божиим. Этот вал, когда он будет изготовлен, бережно, как хрупкую фарфоровую вазу, снимут со станка, облекут в чистейшие покровы, и в этих белых одеждах огромная деталь отправится через половину земного шара к месту своего назначения.
Здесь, на заводе, начаты уникальные работы по созданию принципиально нового аппарата — реактора ХХI века. В течение полугода изготовлялся огромных размеров слиток. Сталь варилась, отливалась, подвергалась ударным и химическим воздействиям, просвечивалась на рентгене. Вновь расплавлялась и опять отливалась в слиток, предназначенный для будущих корпусных элементов. Этот реактор нового поколения должен придти на смену устаревшим и изношенным агрегатам, которые через несколько лет сделают большинство наших атомных станций грудой мертвого холодного бетона. Для введения в производство этой новой реакторной серии еще есть время, но с каждым днем, с каждым часом его все меньше и меньше. Успеем ли сконцентрировать небогатые ресурсы, сложить новую концепцию экономики, накопить финансы, запустить эту могучую энергетическую серию?
