– Не могу, дружище. Вдруг кто-нибудь нас прослушивает? Сам знаешь, имена бывают опасны. Можно нарваться на большие неприятности.
«А то я не знаю!» – чуть было не вырвалось у меня.
– Дай хотя бы подсказку, чтобы я догадался!
– Скажем так, это самый известный в Америке человек-помоги-себе-сам. Открой сегодняшнюю, вчерашнюю или завтрашнюю газету, посмотри заголовки: где-то обязательно мелькнет его имя. В партии его не любят, большинство американцев лучше застрелятся, чем проголосуют за него, но праймериз он выиграет – и президентские выборы, скорее всего, тоже. Только это конфиденциальные сведения, держи их при себе.
– Все, я понял! – радостно воскликнул я. – И его нет в городе, так?
– Сейчас узнаю… – Сквозь шум телетайпных аппаратов я услышал, как Джек перекрикивается с кем-то. – Прости, дружище, но тут я тебя разочарую. Только этим утром видели, как наш герой дня бодро прогуливается по кварталу. – Джек даже сам как будто расстроился. – Эх, а мне на минуту показалось, что ты вот-вот окажешь величайшую услугу американскому народу.
– Спасибо, Джек, – сказал я уныло. – Больше никого с подобным масштабом в голову не приходит?
– Если кто и был, дружище, он теперь либо на кладбище, либо за решеткой.
– Понял тебя. Все равно спасибо. Если что-то нужно, звони.
Я медленно положил трубку и, обернувшись к Ариэли с Уриэлем, развел руками.
– Ну, главное вы слышали… Что ж, попробовать стоило.
– Не падайте духом раньше времени, молодой человек. – В глазах Уриэля заплясали искорки. – Вы его вычислили.
– Значит, вы не слышали? – удивленно спросил я. – Сегодня утром его видели в Вашингтоне.
– И что?
Я щелкнул пальцами.
– Понял! Он ночью улетел обратно, чтобы сбить нас со следа.
– Возможно, но маловероятно, – сказал Уриэль. – Слишком часто переноситься туда-сюда опасно: кто-нибудь может заметить.
– Тогда не понимаю.
– Кейси, ты слышал про симулякров? – спросила Ариэль.
– Имеешь в виду двойников?
Уриэль кивнул.
– Разумеется, это дополнительная головная боль. Он мог бы, например, подговорить кого-нибудь принять его облик, но настолько доверенных помощников у него нет. Он охотно раздает мелкие поручения, но самое главное делает сам. В этом его слабость. И еще в безудержной жажде власти.
– И в самоуверенности, – припомнил я.
– Возможно.
– Значит, это он и есть!
Уриэль посмотрел на меня с укором.
– Нельзя полагаться только лишь на интуицию. Нужны доказательства. Вдруг мы ошиблись?
– И что с того? – Я пожал плечами.
– Кейси! – Ариэль нахмурилась.
– Ну что еще он должен сделать? Предъявить свидетельство о рождении? – спросил я бессильно. – Для колдунов вы двое что-то слишком педантичны. Впрочем, куда мне. Я всего лишь неопытный новичок.
– Ты не понимаешь, – строго сказала Ариэль.
– Чем больше власть, тем больше ответственность, молодой человек, – добавил Уриэль.
– Меня воспитывали иначе, – возразил я. – Чем больше власть, тем больше она развращает.
Ариэль повернулась ко мне спиной. Видно, я перегнул палку.
– Извини, милая. Просто у вас в руках такая улика, а вы не хотите ею воспользоваться… – Я взял ее за плечи и попробовал развернуть, но она будто обратилась в камень. – Ариэль, прости меня, ну пожалуйста. Я сделаю все, как ты мне скажешь.
– Ой, ну ладно.
Она вновь повернулась к нам.
– И опять вы торопитесь с выводами, – рассудительно сказал Уриэль. – Мы вовсе не сбрасываем вашу находку со счетов. Кое-что мы вполне можем попробовать, причем совершенно без риска. Вот это, например.
Уриэль стер мой рисунок и провел окружность заново, после чего начал наносить вокруг нее формулы. Через некоторое время он замер, почесывая затылок.
– Эх, что-то память стала подводить, – сказал он извиняющимся тоном. – Куда-то подевал книгу. Обронил, наверное.
Я подошел к столу, выдвинул ящик и отклеил рукопись.
– Она?
– Она! – радостно воскликнул Уриэль. – Глазам не верю. Где же вы ее нашли?.. Впрочем, неважно.
И он снова принялся за дело, время от времени сверяясь с записями. Вскоре почти весь ковер был исписан мелом.
– Готово! – объявил Уриэль и с кряхтеньем поднялся.
Я скептически смотрел на то, что у него получилось.
– Это древнее халдейское заклятие изгнания духов, – пояснил математик. – Случай сложный, поэтому нелишним будет прочесть и словесный эквивалент тоже.
Он шагнул в круг и поднял лицо к потолку. Низенький, седой и розовощекий, Уриэль никак не ассоциировался у меня в голове с волшебником и больше походил на профессора, который будет читать нудную лекцию.
Старик заговорил тихо, но на удивление отчетливо.
– Тот, кто творит подобия; тот, кто накладывает чары; дурное лицо, дурной глаз, дурной рот, дурной язык, дурные губы, дурные слова…
У меня по коже забегали мурашки.
– Дух неба, изгони их! Дух земли, изгони их!
Волшебник околдовал меня своими чарами, околдовал нас своими чарами;
Ведьма околдовала меня своими чарами, околдовала нас своими чарами;
Он создал подобия нашего облика и зачаровал наш облик;
Он отнял магический поток, принадлежавший нам, и запятнал наши одеяния;
Он разорвал наши одеяния и смешал свои волшебные травы с прахом из-под наших ног;
Да обратит бог огня их чары в ничто!
