— Нет, пока я не думаю о работе. У меня есть небольшие вложения в годовые и пятилетние облигации Минфина Чехии. Годовые дают мизерный доход, но по пятилетним доход все возрастает. Сейчас это три с половиной процента, а через год я уже буду получать шесть процентов. В среднем за пять лет получится чуть больше двух с половиной. Сейчас трудно найти более доходные, но надежные инструменты.
Оксана хлопает в ладоши:
— Браво, Генри, ты рассуждаешь, почти как Лола. От нее тоже через два-три слова слышишь — «проценты, проценты».
Галина Петровна отмахнулась от Оксаны:
— И что это дает реально?
— У меня семьсот тысяч вложено в пятилетние и около полумиллиона в годовые облигации. Доход сейчас маленький, но у меня же и затраты небольшие. Да и получал я последнее время хорошие проценты от сделок, в которых выступал консультантом. Так что некоторые запасы имеются. А Оксана, она мне сама говорила, весьма обеспечена.
— Мама, ты довольна? Больше нет вопросов?
— Милая, но я же беспокоюсь о вашем спокойствии. Все, не буду тебя травмировать бестактными, по твоему мнению, вопросами. Но Генри, по-моему, мои вопросы не раздражают.
Генри улыбается:
— Оксана, успокойся, вопросы естественные, отнюдь не бестактные.
Галина Петровна открывает входную дверь. В прихожую входят Оксана и Генри.
— Где вы целый день ходили? Я уже стала волноваться.
— Но я же звонила!
— Звонила пять часов назад. И все, больше ни разу.
— Мама, не сердись. Я показывала Генри мой Питер. Прошли по местам, где гуляли с папой и Вовкой. Прошлись по всему Невскому, постояли на Аничковом мосту. Даже «Спас на крови» показала.
— Проголодались, наверное?
— Да нет, мама. Мы обедали. Я хотела отвести Генри в «Северянин», в Столярном переулке, там можно отведать настоящую русскую еду. Но он посмотрел по телефону, сказал, что далеко, и мы пообедали в «Палкине», прямо на Невском. Тоже неплохо, но «Северянин» мне больше нравится. Что это мы стоим в прихожей?
Все прошли в гостиную.
В комнате уютно. Тот уют, который возникает, когда счастливая семья уже подготовилась к празднику. Все трое сидят за столом. В углу наряженная елка. Стол «забит» тарелками, блюдами, соусницами и прочими атрибутами праздничного стола.
Оксана предлагает:
— Давайте скорее поднимем рюмки за уходящий год. Пусть вместе с ним уйдут все наши неприятности.
— Кажется, мы уже пили за это на Рождество.
— Ну и что? За это не грех пить много раз. Галина Петровна присоединяется к тосту:
— С удовольствием выпью. Я так рада, что вы приехали. И ты, Оксана, порадовала меня своими планами.
Генри, удивленно:
— Какие планы?
— Планы нашей совместной жизни. Но давайте пока не будем их обсуждать. Просто выпьем.
Чокнулись и выпили. После некоторого молчания Галина Петровна осторожно начинает:
— Генри, Оксана считает, что после того как вы где-то устроитесь, купите квартиру или дом, я могла бы поселиться рядом. Не с вами, но рядом.
— Может быть, Оксана права. Несколько рано это обсуждать, но я не против. Знаете, Галина Петровна, у меня совсем нет родственников. Может быть, где-то они и имеются, но я о них ничего не знаю. И это меня не радует.
Все трое начинают есть. Оксана увлеченно рассказывает матери о чем-то — возможно, продолжает рассказывать о поездке в Озерный край.
Оксана подходит к телевизору.
— Давайте включим. Скоро нас будут поздравлять с Новым годом.
Включает телевизор — доносится бравурная музыка.
Генри открывает бутылку шампанского, посмотрев сначала на этикетку:
— Крымское игристое? Попробуем.
Хочет разлить по бокалам. Оксана останавливает его:
— Подожди, Генри, рано — еще Путин не поздравил нас.
Выдохнется.
На экране началось поздравление Путина. К удивлению Оксаны, речь была не слишком долгой.
Генри разливает наконец шампанское по бокалам:
— Теперь можно выпить за то, чтобы год был удачным во всех смыслах. Чтобы все наши желания исполнились.
Галина Петровна, растроганно:
— Присоединяюсь.
Оксана молчит, задумалась. Смотрит куда-то в окно, хотя там ничего не видно.
Лола — невысокая девушка двадцати лет, худощавая, блондинка, вероятно, крашеная, так как лицо смугловатое — неторопливо ходит по залу, чуть прихрамывая. Уже объявили прибытие рейса из Москвы, но пассажиры еще не появились.
Оксана и Генри показались наконец вместе с толпой пассажиров в дверях. Генри, как и в Москве, несет в левой руке кейс, а правой тянет за собой тяжелый чемодан Оксаны. Оксана радостно машет правой рукой Лоле, в левой руке сумка и сумочка. Бросается навстречу Лоле. Они обнимаются.
Лола немного отстраняется, смотрит на Генри:
— Познакомишь?
