Под навесом стоит сержант. Иван и четверо других новобранцев лежат за символическими брустверами, в руках автоматы. Сержант командует:
— Одиночным выстрелом по движущейся мишени… Огонь!
Беспорядочные выстрелы.
— Мать вашу! Куда стреляете? Это вам не тир. Это движущаяся мишень. Принимайте чуть впереди мишени. Да смотрите на ветер. Что вам в тирануте рассказывали? Еще раз. Теперь тремя одиночными выстрелами. Огонь!
Беспорядочные выстрелы.
— Ну, хоть один попал. С перепугу, наверное. Иванов, стреляй теперь только ты. Остальным встать. Иванов, одиночным выстрелом по мишени. Огонь.
Звуки выстрела.
— Молодец, Иванов. Встань, потом продолжишь. Хоть одного смогу представить командиру взвода кандидатом в снайперы. Остальные! Чему вас сержантки в тирануте учили? Строем ходить? Или только дрочить? Ложитесь снова. По движущейся мишени тремя одиночными выстрелами… Огонь!
Иван лежит в засаде, спрятавшись под спустившимися до самой земли плетями винограда. В руках снайперская винтовка. Лежит уже два часа. Впереди, на той стороне границы, — Ливан. Впрочем, там все, как и на этой стороне. И точно такой же виноградник. Где-то в винограднике снайпер хизбаллы. За последние дни он подстрелил двух израильских солдат, один из которых скончался по дороге в госпиталь.
Впереди блеснула на мгновение оптика. Иван медленно перемещает винтовку. В прицеле появляется пучок травы, немного выделяющийся на фоне листвы винограда. На мгновение замирает, проверяя еще и еще раз, действительно ли пучок — это маскировка.
Пучок травы чуть шелохнулся. Иван нажимает на спусковой крючок. Выстрел. Крика впереди не слышно, но пучок травы вскинулся, задрожал и затих.
Иван лежит по-прежнему неподвижно. Первый убитый человек, сколько их будет впереди.
Давно проехали бывшее расположение базы. Оксана все еще рассказывает Генри о проносящихся мимо достопримечательностях. Генри молча слушает.
Проплывают в окнах машины: гора Авиталь, поля вдоль линии разграничения Израиля и Сирии, переходящие вдали в сирийскую Кунейтру. Слева и справа потянулись сады черешни. Машина взбирается к крепости Нимрода.
Генри и Оксана выходят из машины. Впереди бесконечные поля долины Иордана. Сзади возвышается западный замок крепости, о которой говорят, что она стоит здесь не менее четырех тысяч лет.
— Смотри, Генри, — впереди Метула. А ближе — развалины Баниаса. А совсем далеко — озеро Хула, на котором сейчас зимуют миллионы птиц. Жаль, что мы их не увидим.
— Поехали. Нам еще нужно где-то пообедать.
— Жаль, что мы не забрались на верхнюю площадку крепости. Я там была один раз, великолепный вид.
Оксана предлагает:
— Здесь есть маленькая забегаловка — «Арома эспрессо бар». Я была там один раз, подают приличный кофе и великолепную свежую выпечку. Давай заедем.
— Может быть, пообедаем здесь? Я вижу, в телефоне на карте обозначен «Макдональд».
— Фу, «Макдональд». Подожди, пообедаем где-нибудь на побережье: в Нагарии или Акко.
— Хорошо. Как скажешь.
Генри и Оксана получили кофе, оказавшийся совсем неплохим, и свежие аппетитные рогалики с творогом.
— Тебе нравятся рогалики, правда?
— Да, с кофе хорошо сочетаются.
— И вообще, мне многое нравится в Израиле. Зимой, когда такая солнечная погода, здесь прекрасно. Я бы переехала сюда жить, но летом здесь слишком жарко. Да и зимой, когда идет дождь, очень тоскливо.
— Трудно выбрать место, где погода полностью устраивала бы. Даже в Чехии, где очень ровная погода, у меня иногда возникает желание уехать куда угодно.
— Но можно, наверное, жить на два дома: лето проводить в одном месте, а на зиму уезжать в Париж.
Генри смеется:
— На два, даже на три дома, можно жить, когда нет семьи. А если семья: детей нельзя перетаскивать из школы в школу.
— А ты хотел бы иметь детей? Сколько?
Генри, очень серьезно:
— Я не задумывался над этим. Не было у меня семьи. Но если бы у меня была крепкая семья, хотел бы двоих-троих.
— Двух мальчиков и девочку.
Продолжает, тоже серьезно:
— Генри, я могла бы родить тебе детей.
— Слишком рано нам об этом думать. Поедем дальше.
Встает из-за стола.
Оксана тоже встала, губы поджаты, в глазах решимость.
Тихо, почти про себя:
— Это тебе рано. Мне — как раз.
Долго едут по горным дорогам Галилеи, через Хурфейш и Маалот к побережью.
Лола предлагает:
— Ужинать будете? Я ничего не приготовила, но рядом хорошее кафе.
— Я устала, целый день в пути, сначала отдохну. Давайте через часик.
Оксана уходит в спальню.
Лола обращается к Генри:
— Вы тоже будете отдыхать?
— Да нет, пока не хочется. Просто посижу. Если у вас есть время, хотел бы с вами посоветоваться.
— У меня к вам тоже куча вопросов. Но давайте начнем с вас.
