— Мне не нравится, — заявил Рэй. — Это странно. Может, она опять… ну, немного не в себе?
— Нет, с ней все в порядке. Просто она сильная девочка. Разве ты этого еще не понял, Рэй? Очень сильная. Знаешь, у древних индейских племен был такой обычай… Сильные воины, попавшие в плен, пели во время пыток, демонстрируя свое мужество и силу, и тогда мучители проникались к нему уважением, и прекращали пытки.
— И что, отпускали на свободу?
— Нет, убивали, избавляя от мук.
— Ну, и к чему ты это рассказала?
— Только к тому, что наша Кэрол — настоящий воин…
— Хм, тогда я надеюсь, что это не последняя ее песня, избавляющая от мук смертью!
— Не последняя. В наше время люди более жестоки, чем прежде, — Куртни грустно вздохнула, постукивая красивыми ухоженными пальцами по столешнице. — Она выдержит и пройдет через свои пытки до конца… потому что осознала, что она это может.
Ночью Куртни и Рэя разбудил отчаянный вопль.
Рэй подскочил, как ошпаренный, и в трусах и босиком вылетел из спальни. Куртни, торопливо накинув пеньюар, поспешила следом.
Кэрол растерянно сидела на кровати, прячась под одеялом, Рэй присел рядом, заглядывая ей в лицо и что-то тихо говоря. Кэрол посмотрела на остановившуюся в дверях Куртни.
— Извините… сон плохой приснился, — пролепетала она смущенно.
— Куртни, ее всю трясет, — обернулся взволнованный Рэй.
— Пойди к Дороти, попроси валерьянки. Она, скорее всего, тоже проснулась, и уже спешит сюда. Успокой ее и скажи, что все в порядке. И надень штаны! — добавила раздраженно Куртни и подошла к кровати, не взглянув на проскользнувшего мимо мужа.
Присев на постель, она обняла Кэрол за плечи и обнаружила, что та действительно сильно дрожит.
— Что с тобой, милая? Что тебя так напугало? — ласково спросила она и погладила Кэрол по щеке. Девушка устремила на нее наполненные ужасом и отчаянием глаза, а потом уткнулась ей в грудь и тихо застонала.
— Что-то случится… я чувствую. Это смерть, Куртни, я вижу ее… я чувствую ее… Боже, если Джек… Я больше этого не переживу!
— Успокойся, Кэрол. Все будет хорошо. Тебе просто кажется. Это стресс сказывается.
— Нет, мне не кажется! Не кажется! — Кэрол скривилась и вдавила дрожащие стиснутые руки в грудь. — Мне больно… здесь внутри. Очень больно. И я слишком хорошо знаю эту боль.
Она вдруг разразилась безудержными рыданиями.
— Я не хочу! Не хочу! Куртни, помоги мне! Помоги мне, умоляю! Ведь можно же что-то сделать, как-то этому помешать, остановить! Я не хочу больше никого хоронить, не хочу! Легче умереть самой! Почему умирают все вокруг меня, а не я? Пусть возьмет меня, пусть возьмет, и перестанет мучить!
— Кэрол, успокойся! — Куртни встряхнула ее и строго посмотрела в лицо. — Ты несешь чушь, прислушайся сама! Я понимаю, что ты расстроена, но нельзя же так… Хочешь опять угодить в госпиталь?
— Никто мне не верит. И Мэтт мне не поверил, — голос Кэрол неожиданно прозвучал очень устало и безнадежно, она отстранилась и легла на бок, перестав плакать. — Иди, Куртни, отдыхай. Со мной все в порядке. Это всего лишь сон.
— Я посижу с тобой, пока ты не уснешь…
— Не надо. Уходи.
— Хорошо, только… прости меня, если я была резка. Ты должна беречь себя, ради сына, понимаешь? Нельзя зацикливаться на всякой ерунде, ведь у тебя слабая психика… нельзя ее изводить. Тебе реальных бед хватает, не надо придумывать другие, не существующие, и усугублять свои страдания.
— Хорошо, Куртни, — покорным безжизненным голосом отозвалась Кэрол.
Наклонившись, Куртни поцеловала ее в висок.
— Постарайся уснуть. Кстати, у тебя красивый голос. Мы с Рэем заслушались, как ты пела.
— Правда? — Кэрол подняла на нее засветившиеся тихой радостью глаза.
— Да. Надеюсь, теперь ты не будешь прятать от нас свой голос, и мы сможем слушать тебя, хоть иногда?
— Да… я… мне всегда нравилось петь.
— Вот и пой, моя девочка. Пой.
Погладив ее по плечу, Куртни встала и вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь. Наткнувшись на Рэя, она преградила ему дорогу.
— Где тебя носит? Хоть за смертью тебя посылай!
— Так, пока Дороти валерьянки накапала, пока я ходил, надевал штаны… — оправдывался он, держа в руках стакан с резко пахнущей настойкой. — А что, она уже уснула?
— Уснула!
— А это как же? — он растерянно посмотрел на стакан.
— Неси обратно. Или сам выпей, крепче спать будешь.
— Не-е, не хочу. Может, ей все-таки лучше выпить?
— Давай сюда, я отнесу, — Куртни хотела забрать у него стакан, но он отдернул руку.
— Нет, я сам!
Проигнорировав ее заблестевший негодованием взгляд, Рэй решительно обошел ее и скрылся за дверью в спальне Кэрол. Мгновенье Куртни стояла на месте, тяжело дыша, потом медленно пошла к себе, даже не обернувшись на закрытую дверь комнаты Кэрол.
Увидев, как входит Рэй, Кэрол натянула на голые плечи одеяло, но не поднялась. Присев у постели, он с нежной улыбкой протянул ей стакан.
— Выпей, солнышко.
— Не надо.
— Пей. Что же я, зря бегал?
Высунув руку из-под одеяла, Кэрол слегка приподнялась и взяла стакан. Выпив настойку, вернула его Рэю.
— Спасибо.
— Тебе уже полегче?
— Да, не волнуйся. Можешь идти спать.
Опустив голову, он повертел в руках стакан и вдруг тихо сказал:
