…Вместе с необыкновенным даром, способностью видеть за гранью этого мира, мать передала ей и проклятие. Страшное проклятие, пришедшее через поколения и источник которого затерялся в далеком прошлом. Это сломало ее мать, лишив рассудка и превратив в чудовище. Сможет ли с этим жить она, дочь шлюхи и убийцы-психопатки, во власти страшных видений, которые открывали ей будущее, позволяли видеть мертвых… тех, кто уже пал жертвой ее проклятия и тех, кого это только ожидало? Невидимой тенью за ней следует беспощадная смерть, не прикасаясь к ней и забирая тех, кто рядом…А может, эти смерти просто случайность, видения — не дар, а страшная болезнь, обрекшая ее мать провести остаток жизни в психиатрической клинике, болезнь, перешедшая по наследству? Может, ей суждено повторить судьбу матери, превратиться в такого же кровожадного монстра и также сгинуть за решетками среди сумасшедших?..
Сильный холодный ливень, промокшая насквозь и прилипшая к телу одежда, расплывшаяся по лицу косметика, безнадежно испорченная прическа, которую всего несколько часов назад с таким старанием сделал парикмахер и которая сейчас превратилась в нечто, больше напоминающее своим видом вынутые из воды водоросли — все это ужасно не сочеталось с ликующим выражением лица девушки, с радостной улыбкой, время от времени появляющейся на ее губах.
На улицах почти никого не было, изредка пробегал редкий прохожий, пытаясь поскорее укрыться от дождя. Но девушка торопливо шагала по лужам в изящных туфельках на высоком каблуке, в которых плюхала вода. Несколько раз она подворачивала ноги, но все же умудрялась не упасть и идти дальше.
На другой стороне улицы, через дорогу, чуть позади девушки шел унылого вида молодой мужчина под большим зонтом, который не мог полностью защитить его от дождя, что, как заметила девушка, его явно раздражало. На нем был длинный плащ, темные брюки и начищенные до блеска туфли. Было видно, что он недавно вышел на улицу и очень старался не промокнуть и не заляпаться. Мужчина, очевидно, торопился, но все же ступал осторожно, чтобы не забрызгать брюки и обходил каждую лужу, а те, что были поменьше, с ловкостью перепрыгивал. Почти после каждого подобного акробатического трюка он опускал вниз глаза, проверяя, не нарушилась ли идеальная чистота его брюк.
Девушка, пребывавшая в прекрасном расположении духа, готова была расхохотаться, украдкой поглядывая на него. Понимая, что сама сейчас выглядит довольно комично, она посмеивалась над забавным парнем, гадая, как этот разодетый пижон оказался под дождем на улице.
Он поглядывал на нее и поджимал злобно губы, очевидно сообразив, что над ним забавляются. Что ж, он, в свою очередь, наслаждался ее более смешным видом, чем у него. Но, казалось, она не чувствовала никакого дискомфорта, и он невольно удивлялся ее счастливому выражению лица.
Одновременно подойдя к перекрестку, они остановились. Мимо промчалась машина, обляпав и без того промокшую девушку. Она вскрикнула, заметив насмешливый взгляд мужчины. Но его в то же мгновенье окатило холодным потоком из-под колес той же машины. Он застыл, зажмурившись, и с досадой выругался сквозь сжатые зубы. Хохот девушки привел его в себя.
Он пронзил ее яростным взглядом.
— Извините, — она виновато пожала плечами.
Он опустил зонтик и, взглянув на себя, горестно вздохнул. Его лицо помрачнело, плечи огорченно поникли. И он не пытался больше защититься от дождя. Его расстроенный вид заставил девушку устыдиться своего поведения. Подняв голову, мужчина посмотрел на нее.
— Вы ужасно выглядите, — сказал он.
Голос у него был красивый и хорошо поставленный, как у превосходного оратора, но не очень приветливый.
Девушка лишь улыбнулась на его невинную попытку отомстить ей.
На лице его снова отразилось удивление. Перейдя через дорогу, он подошел к ней.
— Откройте мне секрет такого прекрасного настроения, как у вас, — серьезно попросил он. — Может, он и мне поможет?
— Я сдала в университете последний экзамен и получила самый высокий бал, — простодушно ответила она. — А в чем секрет вашего плохого настроения?
— У меня сломалась машина, и я уже, очевидно, не попаду на важную встречу.
— Очень обидно, — согласилась девушка.
— Вы совсем промокли, — он махнул рукой подъезжающей машине, и та притормозила. — Садитесь, прогулки в такую погоду лучше совершать в машине.
— Спасибо, но я уже дома, — она перебежала улицу и снова похлюпала по лужам, скользя в мокрых туфлях.
Сев в машину, мужчина невольно улыбнулся, наблюдая за ней. Он видел, как она скрылась в дверях большого дома на углу.
Скинув у порога туфли, Кэрол босиком пробежалась по ковру и влетела в кабинет мачехи.
— Куртни! Я все сдала! На следующей неделе я могу приступать к работе! — сообщила она сидящей за письменным столом женщине.
— Иначе и быть не могло, — она поднялась, сдержанно улыбнувшись, но тут же нахмурилась. — Ты только взгляни на себя!
— Там жуткий ливень, — как бы оправдываясь, сказала Кэрол.
— Быстро в горячую ванну, — приказала Куртни, выходя из-за стола. — А я пока подогрею тебе молока.
Кэрол, которая никогда не спорила с мачехой, направилась к двери, но Куртни остановила ее.
— Тебе письмо от Даяны, — она протянула ей конверт.
— Сегодня воистину счастливый день! — воскликнула Кэрол, хватая конверт.
Позже, приняв горячую ванну, девушка сидела на пышных подушечках на диване в гостиной и, попивая горячее молоко, читала письмо.
— Она уже преодолевает милю бегом! — в восторге говорила она Куртни, расположившейся рядом. — Врачи запретили ей такие нагрузки, но она не слушает их. «Они говорили, что я не встану на ноги, а я теперь бегаю не хуже остальных здоровых людей» — пишет она.
Кэрол вспомнила, что три года назад, когда Даяна приезжала погостить, она поднималась с коляски и с огромным трудом делала несколько шагов. Трудно было представить резвую и бегущую Даяну, но, тем не менее, это было так.
