Совсем по-другому показала себя «Богиня», на борту которой все было выверено и продуманно, экономичность силовой установки корабля приятно удивляла, моторесурс машин и механизмов оказался очень высоким, а великолепные условия обитаемости позволяли морякам вполне комфортно чувствовать себя даже в самых далеких походах. К тому же, в отличие от эсминца, для управления этим высоко автоматизированным кораблем требовался сравнительно небольшой экипаж. Все механизмы «Богини» отличались надежностью, были задублированы и контролировались компьютерами. Если не считать опасность сильнейшего электроимпульсного воздействия, которой корабль подвергся во время шторма времени, то, пока, с того самого момента «попадания» в прошлое, эти устройства работали исправно. И корабль оставался пригоден к эксплуатации без особых дополнительных трудозатрат.
Японцы сделали яхту для олигарха из самых современных материалов начала двадцать первого века. Даже днище этого корабля покрывали обшивкой с использованием специальных технологий, препятствующих обрастанию моллюсками в то время, как эсминец этому явлению в теплых водах был очень подвержен. Взвесив все факторы, советские руководители вскоре решили использовать именно «Богиню» в качестве основного боевого корабля. И они не прогадали. Как только эсминец перестал выходить в походы, сразу же появились сэкономленные излишки нефти, металла и запасных частей, а значит, потенциал для развития островного хозяйства.
Нефть, которую привозила «Богиня» с острова Нефтяного, сливали в подземные резервуары, выбитые взрывным методом в прибрежных скалах под мысом и доделанные трудом военнопленных. А потом, с помощью довольно простых перегонных установок, созданных по проекту директора нефтепромыслов Олега Марченко, из нефти получали и солярку, и мазут, и масла. Конечно, заводы на острове Советском поначалу только назывались заводами. На самом деле это были пока весьма небольшие мастерские. Но, они закладывались на вырост сразу с громким названием «завод» и постоянно развивались. Пусть поначалу островные производства не отличались большими масштабами, но, уже ко второму году от высадки, эти неполноценные полукустарные производства как-то работали, выпуская необходимую полезную продукцию.
Все начиналось с малого. Например, развитие судоремонтного предприятия начали с того, что силами пленных выкопали тупиковый канал-камеру, из которого, поставив герметичные ворота шлюза и откачав воду, сделали длинный сухой док. Для спуска воды во время отлива открывали ворота, а когда основная вода уходила вместе с отливом, ее остатки спускали самотеком в специально выкопанный доковый бассейн, откуда и откачивали постепенно.
Признав это начинание удачным, рядом построили еще один подобный док, на котором, поставив краны, изготовленные из балок корабельных мачт трофейных галеонов, попробовали переделывать захваченные испанские корабли в простейшие колесные пароходы. Ведь водяные колеса, размещенные по бортам, не требовали очень существенной переделки корпусов, поскольку ось вращения водяных колес находилась гораздо выше ватерлинии. Ни в каких дейдвудных устройствах, таким образом, необходимости не было. Иначе пришлось бы решать проблемы обеспечения герметичности в месте выхода дейдвудной трубы канала винта наружу из корпуса. А ненадежность подобного соединения грозила поступлением забортной воды в трюм. К тому же, водяные колеса оказались довольно простыми в изготовлении.
Пока не начали использовать эсминец в качестве донора, металл был в дефиците. Из положения приходилось выходить, используя в качестве начального сырья пушки с галеонов. Постепенно осваивали литейное дело в небольших масштабах. Так на острове Советский возникла собственная металлургия. Среди матросов нашлись трое потомственных металлургов, которые до призыва успели потрудиться на металлургических комбинатах.
А один парень оказался сыном мастера из Гусь-Хрустального, который знал многие секреты изготовления стекла. И вскоре возникло еще и стекольное предприятие. На острове было много чистейшего песка, пригодного в качестве сырья. Производство стекол наладили быстро, начав на стекольном заводе, кроме простого стекла, выпуск лампочек, линз и зеркал. Поскольку солнца было много, это тоже использовалось. Солнечные лучи нагревали водяные бойлеры, обеспечивая дома жителей горячей водой.
Всю деятельность изобретателей и мастеров из народа курировал инспектор промышленности, инженер-механик с «Вызывающего» Виктор Смирнов, который и сам оказался талантливым изобретателем. Он и предложил строить двигатели Стирлинга. В них использовалось внешнее нагревание, и это позволяло находить применение отходам переработки нефти, которые, сгорая, нагревали рабочее тело в этих двигателях, и они вращали электрогенераторы, что было особенно важно в те моменты, когда приливная электростанция, построенная в северной части внешней гавани, давала самый минимум электроэнергии.
