В открытой гондоле, конструктивно похожей на лодку, не приходилось делать больших усилий, чтобы разглядывать пейзажи внизу. И, снизившись, воздухоплаватели могли четко наблюдать через свои большие самодельные пилотажные очки, защищающие глаза от встречного ветра, как при виде аэростата туземцы что-то кричат и показывают пальцами, уставившись вверх с открытыми ртами. Конечно, местные жители удивлялись неожиданному появлению в небе чего-то такого, что никак не вписывалось в их представления об окружающем мире. Впрочем, вертолет аборигены уже могли видеть и до этого. К острову Рота винтокрылая машина, вроде бы, долетала ради разведки, насколько было известно Смирнову, хотя в высшее советское руководство он, разумеется, не входил. С него требовали технические решения тех или иных задач, но никто не посвящал инженера в детали политики, и приходилось лишь довольствоваться слухами, да официальными сведениями о приказах наркомов, публикуемых в главной стенгазете Дальнесоветска на стенде под стеклом, вмонтированном в фасад Дома Советов.
Геннадий Давыдов, конечно, злился на то, что в такой чудесный праздничный день, который все жители Дальнесоветска ждали с нетерпением, ему приходилось находиться на службе вместо того, чтобы пообщаться с женой и погулять с двухлетним сынишкой Мишенькой. Но, Геннадий не мог поручить кому-либо другому такую деликатную операцию по поимке беглецов с «Богини», давно уже объявленных пропавшими без вести. Все думали, что они погибли или потерялись в джунглях. А получилось вон как…
Когда Френсис Дрейк доложил об обнаружении девушки с приметами Софьи, полковник Давыдов сразу даже не поверил. Ведь четыре года прошло с момента их с Юргенсом исчезновения. Но, Геннадий достаточно доверял английскому каперу, потому что, однажды присягнув красному знамени, тот еще ни разу не подвел советских командиров, оказавшись отменным служакой, имеющим правильные представления о служебном долге и отлично понимающим, что такое субординация. А образцовая дисциплина, которую он поддерживал в крепости на Карантинном островке, вызывала уважение у всех, кто имел отношение к службе.
Сам Геннадий за эти годы прочно закрепился если и не в самой верхушке власти, то, по крайней мере, оказался в числе лиц узкого ближнего круга наркомов. Эти три советских правителя, приватизировавших власть де факто, будучи старшими офицерами эсминца в момент перехода сквозь время, разумеется, легетимизировались, проведя в среде партийных и комсомольских активистов выборные собрания и закрепив за собой властные полномочия уже де юре. С того момента Колясников, Соловьев и Саркисян и начали именоваться народными комиссарами, больше желая подражать довоенной советской эпохе Сталина с его наркомами, нежели временам Хрущева с его советом министров.
Впрочем, начальный этап социалистического строительства на острове Советский, действительно, больше соответствовал именно тому историческому периоду становления социализма и сталинизма. Хотя, прямых аналогий, разумеется, не имелось. Ведь весь тот Советский Союз двадцатого века не взялся откуда-то из пустоты, а пришел на смену Российской Империи, от которой очень многое большевикам досталось в наследство. Здесь же, на острове Советском, затерявшемся посреди океана, строительство государства, наоборот, пришлось начинать почти что с нуля. Два корабля со всем, что на них находилось, эсминец и большая яхта, да удобная островная бухта, которую удалось занять — это все, что у них имелось для старта. И, оглядываясь назад, Давыдов констатировал, что за четыре года наркомы, конечно, добились многого. Благодаря железной дисциплине, которую смог с самого начала установить над всеми остальными коммунистический и комсомольский актив «Вызывающего», строительство на новом месте быстро развернулось по единому плану.
Все три наркома оказались людьми совсем не глупыми и по-своему талантливыми. И, главное, никто из них не стремился к личному обогащению за счет остальных. Прожив суровые годы в сталинском СССР, пройдя через лишения военных лет, эти люди привыкли к достаточно скромной и трудной жизни. А еще они обладали навыками коллективизма, умели все вместе делать общее дело. Потому им удавалось приходить к консенсусу, бесконфликтно распределяя усилия и аспекты влияния между собой. Не мешая друг другу созидать, они и добились таких впечатляющих результатов в различных сферах деятельности.
