– А мне не нравится, когда со мной играют,
Бреннан продолжал переводить взгляд с одного федерала на другого, и недоумение в его взгляде усиливалось.
– Вот почему, Марк, мне нужно, чтобы вы сходили со мной к художнице.
– Но у меня есть работа здесь, – возразил он.
– Значит, найдите того, кто сделает ее за вас.
– Что здесь происходит, агент Пайн? – негромко спросил Бреннан, когда они вышли из здания. – Ведь вы с Райсом работаете на федеральное правительство, не так ли?
– Верно, – ответила она. – Однако федеральное правительство иногда бывает большим неповоротливым зверем. А я двигаюсь в собственном направлении. – Она достала из кармана телефон и показала Бреннану фотографию Бенджамина Приста, которую ей прислал его брат Эдвард. – Видите высокого парня на снимке? Вы его узнаете? Мог он быть в группе из десяти человек вместе с Пристом?
– Нет, исключено. В группе не было таких высоких мужчин. И никого похожего на этого парня.
– Вы делали групповую фотографию? Кто-то вообще снимал туристов? – спросила Пайн.
– Возможно, кто-то и фотографировал. Но, насколько мне известно, групповых фото никто не делал.
Этли убрала телефон.
– Ладно, пойдем пообщаемся с художницей.
Дженнифер Ядзи была замужем за Джо Ядзи-старшим, который служил в Национальной полиции навахо. Он входил в две сотни принявших присягу полицейских, занимался патрулированием участка Туба-Сити, расположенного в западной части резервации навахо, ездил на «Шевроле Трейлблейзер», принадлежавшем департаменту, и в одиночку отвечал за территорию площадью в семьдесят квадратных миль. Пайн знала, что Джо нес службу, вооружившись «Глоком 22», перцовым баллончиком, «АР-15», дробовиком, бронежилетом, телескопической дубинкой и самыми важными инструментами копа: спокойной манерой поведения и пониманием людей, живущих в этих местах, которое приходит, только если ты здесь вырос.
Дженнифер Ядзи являлась одной из трехсот вспомогательных служащих Национальной полиции. И хотя большая часть ее обязанностей требовала присутствия в отделе информационных технологий, она была отличным художником и продавала свои картины по всему Юго-Западу; кроме того, ее нередко приглашали принять участие в самых разных выставках. А еще она неофициально исполняла обязанности художника-криминалиста.
Ядзи также работала в полицейском участке Туба-Сити. Именно туда и направились Пайн и Бреннан.
Хотя ее сыну уже исполнилось двадцать два года, самой Ядзи было всего сорок пять лет. Пять футов и пять дюймов роста, длинные черные волосы, непринужденная улыбка, небольшие морщины вокруг глаз и рта. Коллегам казалось, что любое занятие доставляет Дженнифер удовольствие.
Пайн познакомилась с ней через месяц после переезда в Шеттерд-Рок. Она постаралась узнать всех работников правоохранительных органов города, помогала им ресурсами и советами в расследованиях. И провела немало времени с ними за барной стойкой, стараясь поскорее понять местные реалии. На самом деле Бюро высоко ценило способность своих агентов устанавливать добрые отношения с местной полицией и даже входило в непосредственный контакт с другими агентствами, чтобы выяснить, насколько хорошо конкретный агент ФБР с ними сотрудничает.
Однажды, когда они с Ядзи зашли в бар, Дженнифер пошутила, что женщины все еще огромная редкость в правоохранительных органах и им следует поддерживать друг друга. Пайн с ней согласилась. В большинстве регионов страны женщины не часто становились полицейскими офицерами или представителями правоохранительных органов. Ну а здесь, на провинциальном Юго-Западе, их практически не было.
После того как Пайн представила Бреннана и рассказала, что ей требуется, Ядзи отвела их в малый зал для совещаний, где стоял лэптоп. Она не пользовалась бумагой, карандашами и красками.
– Как почти все остальное, – с улыбкой сказала Ядзи, – искусство полицейского портрета перешло на цифру.
Пайн и Бреннан сели напротив, а Дженнифер нажала на несколько клавиш, запустила компьютерную программу и посмотрела на Бреннана.
– Вы готовы? – спросила художница.
Он кивнул. Пайн показалось, что Бреннан выглядит нервным и неуверенным, как перед болезненным медицинским исследованием или полиграфом, а вовсе не перед обычным описанием по памяти виденного ранее человека, чтобы Ядзи смогла воссоздать его образ на экране компьютера.
Дженнифер задала серию вопросов, и каждый последующий был немного более детальным, чем предыдущий. Начиная с базовых – мужчина или женщина, форма носа, кривая подбородка, морщины на шее и вокруг глаз, строение и цвет волос.
Примерно через час диалога Ядзи развернула компьютер, чтобы они смогли увидеть, что у нее получилось.
– Ну как? – спросила она.
Пайн посмотрела на Бреннана, который разинул рот от удивления.
– Проклятье, мэм, это он! – воскликнул он.
– Приятно получать позитивную обратную связь, – с улыбкой ответила Ядзи.
– Джен, ты можешь распечатать портрет и прислать его мне по электронной почте? – спросила Этли.
– Сейчас все будет.
