– Еще раз, – сказал он, когда музыка подошла к концу, и вытер шею. Пот уже стекал по спине. Дэрон был бы рад снять рубашку, но в прошлый раз, когда он это сделал, порепетировать они толком не успели. В последнем раунде не будет никаких правил и обязательного реквизита. Задание было простым: конкурсанты должны подготовить безумное зрелище.
Разумеется, Каллия выбрала танец.
Сложные движения на сцене, ступить на которую не осмелился бы никто другой.
Даже во времена своей карьеры Дэрон не выкладывался с такой самоотдачей, стараясь довести каждое движение до совершенства. И еще никогда ему не было так сложно сосредоточиться. И в стенах поместья Ранца, и тем более на публике. Все жадно следили за ними. Их воссоединение вновь пробудило всеобщий интерес. Дэрон и сам с трудом в это верил.
– Нужно сделать перерыв, – возразила Каллия, вытягивая и разминая ноги. В ее голосе слышалась усталость, хотя сама она ни за что в этом не призналась бы. Как и он.
«Репетировать». Это слово застряло у него в голове с того момента, как Каллия придумала свой новый номер. Дэрон уже давно примирился с тем, что это будет очень театрально, что ему придется идеально сыграть свою роль. Он не мог поделиться с ней силой, но готов был поддерживать ее на каждом шагу.
И каким-то чудом оказалось, что этого достаточно.
– Давай еще раз, – повторил Дэрон, приглаживая влажные от пота волосы.
– А я еще думала, что слишком строга к себе, – сказала Каллия, когда наконец отдышалась, сидя на полу. – Ты отлично запомнил движения.
Он протянул ей руку.
– Я не хочу тебя подвести.
– Напомни-ка мне, кто из нас наставник? – Она взялась за его ладонь, поднялась и обвила его шею руками. – Нам нужен перерыв.
Вся его сосредоточенность пошла трещинами. Но не успел он потянуться к ней, обхватив ее за бедра, как Каллия выскользнула из его объятий.
– Настоящий перерыв, – уточнила она, цокнув языком. – Давай перекусим. Я проголодалась, думаю, ты тоже.
Дэрон покачал головой, но не сдержал улыбки и наконец сдался, пожав плечами и накидывая сюртук. Каллия тем временем тоже принялась застегиваться. Прежде чем покинуть поместье, они окинули друг друга привычным взглядом, проверяя свой внешний вид: стирая следы размазавшейся помады, приглаживая взлохмаченные волосы, поправляя воротнички. Каллия предупреждающе цокнула языком, когда он попытался взять ее за руку, и спрятала пальцы в карман.
Дэрон готов был возразить, удержать ее здесь, остаться в стенах поместья. Но, как бы ему ни хотелось снова увлечь ее за собой на пол, этого было мало. Он хотел, чтобы у них было много дней и ночей. Хотел получить все, что принесут с собой годы.
Пока не услышал многозначительный щелчок почтового ящичка.
Письмо.
Тетушка уже давно ему ничего не присылала, и появление нового конверта внушало ему страх.
Вернувшись в отель, Каллия отправилась в номер, чтобы привести себя в порядок и, скорее всего, растолкать Аароса, который рисковал проспать весь день. Дэрон сел за столик в кафе «Примы» с чашкой чая, сорвал печать и развернул письмо, в котором было намного меньше слов, чем он привык видеть.
Письмо было коротким, но за то время, что Дэрон просидел, перечитывая его снова и снова, чай успел остыть.
«Прошу тебя».
Он словно наяву слышал, как она произносит эти слова.
– Плохие новости?
Второй стул со скрипом отодвинулся, и напротив уселась Лотти в змеино-зеленом пиджаке и облегающей юбке. Он должен был заметить ее сразу, настолько резко она выделялась среди бледно-золотых и пастельных оттенков, наполнявших кафе.
Сглотнув, Дэрон запоздало свернул письмо.
– Нет, дела семейные.
– Разница невелика. – Лотти постучала ноготками по столу. – Как дела у старушки Каталины? Я слышала, на востоке дела плохи.
Он не понял, что она имела в виду, но в любом случае поскорее хотел закончить этот разговор.
– Что тебе нужно, Лотти?
– Позавтракать. – Журналистка попыталась было подозвать официанта, но обнаружила, что все они заняты. – И поболтать.
– Мы с тобой уже болтали. По-моему, я ясно дал понять…
– Что ты не хочешь иметь со мной ничего общего? Да, это предельно ясно. И грубо, между прочим. – Она оставила свои попытки найти официанта и сцепила руки в замок. – Но, полагаю, ты изменишь свое мнение, когда услышишь, что я сумела выяснить об этом месте.
– Как? – Он покачал головой. – Ты тут и двух недель не пробыла.
– Я мастер своего дела. И не так часто… Как бы это сказать? – Она соединила кончики пальцев. – Отвлекаюсь.
Кровь прилила к его лицу.
– Может, ты врешь.
