От быстрого бега мелкие камни больно впивались в ступни, и без того израненные и разбитые. Дорожная пыль мешала дышать. Агнесса остановилась и огляделась. Казалось, полям вокруг не будет конца. Сколько ей еще хватит сил бежать? Что делать с наступлением ночи? Где прятаться? Отчаяние и осознание собственного бессилия тяжелым камнем повисли на шее. Агнесса тихо расплакалась, плечи вздрагивали от всхлипов. Дрожащими руками она нащупала ленточку в кармане. Та ничуть не изменилась, только ярче светилась на фоне грязной, изорванной юбки. Будто издевалась, демонстрируя свою первозданность.
— И что мне теперь делать? — прошептала Агнесса сквозь слезы. — Ты меня в это втянула! Ты, проклятая! И зачем я только пошла за тобой.
Ленточка свисала с руки, как и полагается обычному куску ткани. Агнесса вытерла глаза и глубоко вздохнула. Слезы ничем не помогут. Их и так было слишком много за последние дни, словно они хотели наверстать все «мертвые» годы. Девушка расправила плечи и, превозмогая боль в ногах, сделала несколько шагов вперед.
— Что ж, коль судьба мне жить с душой среди мертвых, так тому и быть, — звенящим голосом сказала она самой себе. — Матушка еще при жизни говорила, что только вера и смирение способны сделать наше существование на бренной земле выносимым. Может, стоит прислушаться к ее словам. Да и выбора у меня большого нет, не так ли?
Агнесса вопросительно посмотрела на ленточку, будто ожидала, что та кивнет в ответ.
— Итак, я мертва, — продолжила она. Звук собственного голоса слегка заглушал боль в ногах и придавал уверенности. — Но если тело мое больше не живо, то отчего я так сильно чувствую его? Как странно! Я не голодна, не хочу спать, несмотря на усталость, но ощущаю, как ноют мои ступни, и больше всего сейчас мечтаю омыть их прохладной водой. Было бы неплохо, если бы ты помогла мне, коль уж из-за тебя я попала в такую историю.
Некоторое время Агнесса молчала. Только вздохи вырывались из груди. Она потеряла счет времени и шагам. Пыльная дорога сменилась травянистой тропой. Идти по ней было гораздо приятнее. Полевица ласково гладила щиколотки и ощущалась мягким ковром после острых камней. Кое-где деревья тянулись вверх, отбрасывая благословенную тень.
— И все же я не могу согласиться с матушкой, — произнесла Агнесса, будто вспомнила, что беседа не окончена. — Потому как если смирение обязательно, то мне следует отдаться на волю Хранителей. А этого я делать не желаю. Бруно любил во мне непокорность.
Слова сорвались с уст раньше, чем Агнесса успела подумать о них. По телу пробежала легкая судорога, будто хотела прогнать воспоминание о возлюбленном. Он предал ее. Он ее убил! Нельзя, нельзя думать о нем! И тем более тосковать! Разве тоскуют по убийце? Последним «живым» воспоминанием были его губы. Агнесса чувствовала, как горячий поцелуй любимого оторвал ее душу от тела. Никогда раньше губы Бруно не прижимались к ней так сильно. Даже в моменты слияния их тел. Как ни старалась она оттолкнуть его, ничего не получилось. В груди сильно горело. А потом Бруно молил о прощении, обнимая ее мертвое тело. Агнесса не понимала, почему видит происходящее. Будто кто-то всемогущий позволил посмотреть со стороны, запомнить этот страшный момент прежде, чем заточить в плен ее несчастную душу.
Вдруг Агнесса остановилась, как вкопанная. Она так погрузилась в свои размышления, что даже не заметила, как закончилась тропинка из полевицы. Теперь трава под ногами была более влажная и мягкая, а вокруг, то там, то здесь торчали ярко-желтые круги цветков. Ромашник! Его бы Агнесса узнала из тысячи других цветов, потому что сотни раз собирала его с матушкой. И всегда рядом с прудом! Значит, где-то близко вода! Агнесса радостно захлопала в ладоши и побежала вперед. Действительно, вскоре за деревьями показался ручей.
— Какое счастье! — воскликнула Агнесса и засмеялась.
Она огляделась по сторонам. Вокруг никого. Грязная одежда упала на землю. Ноги осторожно ступили на гладкие камни. Прохладная, прозрачная вода тут же сомкнулась над ступнями и одарила тело приятной свежестью. Агнесса наклонилась, набрала полные горсти воды и плеснула себе в лицо. Затем прошла дальше и окунулась.
Некоторое время спустя Агнесса сидела на теплых, нагретых солнцем камнях в мокрой сорочке и раздумывала, что делать дальше. Во-первых, ей была необходима новая одежда. Ее разорванные рубаха и платье быстро привлекут ненужное внимание. В таких потрепанных нарядах никто не ходит. Во-вторых, нужно было понять, куда идти дальше. Бесконечно скитаться по городам и полям не выйдет. Она бы могла попроситься к кому-то на постой и остаться. Работать в каком-нибудь трактире служанкой или вновь стать ткачихой. Но Агнесса не была уверена, что сможет жить среди мертвецов и ничем себя не выдать. К тому же, Хранители всегда рядом. Они приходят в дома, знают все новости, а появление незнакомки непременно их заинтересует.
