— Доброго вам вечера, господин! — помахала рукой Агнесса и натянула самую доброжелательную улыбку. — Простите, что потревожила в такой час. Не скажете ли, где можно на постой остановиться? Я иду издалека. Выдохлась вконец.
— Вот дела! — удивился хозяин двора. — Постоялые дворы отсюда далековато. Не меньше часа пешком.
Агнесса застонала. Ноги так гудели, что она скорее бы предпочла уснуть в будке этой шавки, чем идти еще дальше.
— Погоди, я сейчас.
Мужчина скрылся в доме и через минуту появился снова с глиняным кувшином в руках.
— Цыц, говорю! — прикрикнул он снова на визгливую собачонку. — Пошли, провожу тебя.
Агнесса хотела было возразить, что не выдержит столько идти, но, вероятно, ее лицо все сказало за нее , потому что мужчина поспешно заверил:
— Это рядом! В дюжине домов от меня. Там молочница живет. Она к себе на постой иногда пускает. А откуда же ты идешь, красавица?
— Из Эрфурта, — соврала Агнесса и нервно сглотнула.
Незнакомец присвистнул.
— Ничего себе! Большой путь. И куда?
— В Аугсбург, — вновь соврала девушка.
«Главное, называть те города, в которых бывала, иначе точно поймет ложь», — думала она, пока мужчина восхищался ее стойкостью. Он что-то говорил о том, что город у них приветливый, люди хорошие, и строил догадки, зачем одинокая и молодая девушка совершает одна такой сложный путь. Агнесса же только вежливо кивала и улыбалась, потому что сил на разговоры не было. Да и к чему много болтать? Она уже наврала, теперь бы самой в своем вранье не заплутать.
— Афра, открывай! Я тебе гостью привел! — закричал мужчина еще с дороги и повернул к длинному дому.
Перед воротами возвышался огромный стог сена. От него пахло прелой травой.
«Молочница. Коровам запасает, наверное», — заключила Агнесса и подумала, что сено надо бы просушить получше.
— Афра! — снова позвал провожатый.
На пороге появилась низенькая и широкая в плечах женщина в платье грязного бурого цвета. Возрастом она была, пожалуй, вдвое старше Агнессы. Волосы вылезли из-под платка, небрежно съехавшего на бок. Мозолистые руки выдавали тяжелый ежедневный труд.
— Ну чего горланишь на всю улицу? — возмутилась она. — Зайди и скажи, как нормальный человек.
— Афра, миленькая! Да я ж хочу, чтоб вся улица знала, что я к тебе иду, — мужчина добродушно рассмеялся.
Молочница, плохо скрывая улыбку, отмахнулась от гостя, и Агнесса подумала, что они так часто друг друга подначивают. Ей вдруг стало неловко, будто она вторглась во что-то интимное, но, к счастью, хозяйка вспомнила про нее .
— А что за красавица с тобой?
— Постой искала. Пустишь?
— Пущу, чего не пустить. Проходите.
Агнесса, превозмогая боль в ногах, поднялась на крутое крыльцо и шагнула в дом вслед за Афрой. В нос ударил приятный аромат печеной рыбы и лепешек. Агнесса с удивлением поймала себя на мысли, что совсем не голодна, хотя даже и не помнила, когда в последний раз ела.
— Как тебя звать, красавица? — обратилась к ней молочница.
— Агнесса, донна Афра.
— Ой, брось это. Зови меня просто Афрой. Проходи на кухню, поди голодна.
— Нет, благодарю вас. Но я буду очень признательна, если покажете мне угол, где я могу поспать. Вот, — спохватилась она, полезла в кисет и выудила оттуда несколько монет, — возьмите. Знаю, тут немного, но у меня больше нет.
Афра сначала протянула руку, но вдруг замешкалась.
— Так, коли есть не желаешь, вот там, — она показала на низкую дверь, — можешь умыть лицо и руки. Я пока тебе постель приготовлю. Завтра будем про расчеты разговоры вести. Деньги тоже отдыхать должны.
Она ободряюще улыбнулась и легонько подтолкнула Агнессу к двери.
— Так, старый сыч, а ты чего еще здесь?
— Так я это, молока хотел.
Дальнейший разговор потерялся в плеске воды. Хотя девушка и слушать его не хотела. Она устало опустилась на крошечную скамеечку и стянула туфли. Ноги тут же отозвались приятным гудением. Агнесса посмотрела вниз и ахнула: пальцы перепачканы кровью. Видно, песок и пыль, попавшие в обувь, натерли мозоли. Через боль она аккуратно промыла раны. Когда Агнесса вернулась, мужчины уже не было, а Афра хлопотала на кухне.
— Сядь поешь? Денег за это не возьму, не бойся. От сердца предлагаю.
Отказываться стало неудобно, и Агнесса скромно кивнула в ответ.
— Тацит сказал, ты пешком с самого Эрфурта идешь?
— Угу, — промычала Агнесса, отправляя в рот кусочек лепешки. Хоть голода она не чувствовала, но еда оказалась очень вкусной.
— Далеко же тебя занесло. А куда путь держишь?
— В Аугсбург, если повезет. Хотя, признаюсь, я и сама не знаю, куда иду.
Вся тяжесть прошедшего дня навалилась на плечи. Есть совсем расхотелось. Афра, похоже, уловила настроение гостьи.
— Ладно, успеем еще поговорить. Твоя постель будет за той стеной. Предупреждаю, встаю рано. За твой сон переживать не стану. Лежебокам у меня покоя нет. А сейчас давай быстро, отдыхай иди.
— Спасибо, Афра.
Агнесса улыбнулась и, стараясь ступать как можно непринужденнее, направилась к кровати.
***
