Сбились в стаю мои перелётные птицы,Покидают прозрачную тихую Русь.Только чечеты, галки, клесты и синицыНад землёю разносят осеннюю грусть.Только чечеты, галки, клесты и синицыЗапекаются в утро румяной зарёй.Я к рябине приду, чтобы с нею проститься,Светом душу промыть над рекой Ангарой.А рябина красна. Небосвод аж багритсяОт рябиновых ягод – от горьких огней.Вьются чечеты, галки, клесты и синицыНад печальной и гордой рябиной моей.Ухожу до весны. Расставание длится.Одиноко в лесу. Не кричит вороньё.Только чечеты, галки, клесты и синицыОбрывают рябину, как сердце моё.<p>Костыли</p>Остановлюсь среди печали,Среди обугленных полей,Где глохнет чёрными ночамиИ ходит пара костылей.Они вдоль памяти шагают,Непостижимые, как смерть,И как бумагу протыкаютЗабвенья каменную твердь.Они до сердца досягают.До человеческого дна,Где человека поедаетЕго сомнений белена.И он безумствует, алкаетГрехов — от истины вдали,А сквозь него уже шагают,Как мёртвый призрак, костыли.Над Родиной бушует пламя,А человеческий изъянПоджёг простреленное знамяИ впал в неистовый канкан.Из темноты встают калеки,Гудит огонь веретеном.Земля, заснувшая навеки,Покрыта кровью или сном.Подбитой птицей костенея,Закат кровавится в пыли.Я выйду в ночь и побледнею:Бредут над миром костыли…<p>«Мир деревенский, многогранный…»</p>Мир деревенский, многогранный,Земля моя, мой край желанный,Я зрю проталины твои,Я вижу твой рассвет туманныйНа дне глубокой колеи.Я вижу старенькие бродни,К ручью построенные сходни,В лощине – серую копнуИ лист подгнивший прошлогодний,Как будто втоптанный в весну.Рассвет к околице прилажен,Спит детства давнего шалашик,Где мы скрывались от дождя.Ворс тишины рукой поглажу,По тихой роще проходя.Не вижу малого изъянаВ родном краю, на той земле,Где блещет радугой полянаИ светит капелька туманаУ спящей птицы на крыле.<p>«Уж скоро холода повыгладят лощины…»</p>Уж скоро холода повыгладят лощины,Омоют синевой скользящий в небе плот.И выстудят леса, и небо опрокинутВ озёрные миры, и заморозят в лёд.Осенняя печаль полмира опояшет,Завяжет на цветах пожухлые узлы.Остынет иван-чай, рябина перемажетКровавою листвой таёжные углы.На треснувшем кресте скукожится ворона,Озябнет тишина, и выдохнет ручейПоследний перезвон. Берёзовую кронуСтряхнёт к себе в карман октябрь-казначей.И снова пелена нетающего снегаОпустится с небес, прилепится к жнивью.По ступицу в него провалится телега,Когда поеду я на Родину свою.И станет торопить возница запоздалыйТрепещущих коней сквозь эту пелену…Домой приеду я – счастливый и усталый —И рухну до утра в густую тишину.
