Александр Сергеевич, добрый Вам день!Как вам нынешний воздух московский?Рядом с Вами, я вижу, является тень —Это глыба-поэт Маяковский!Он беседовал с Вами полвека назадУважительно, самозабвенно.Его мощного голоса львиный раскатУдивил Вас тогда несомненно.А Есенина помните? Ваш разговор,Где он с трепетом к Вам обратился?Но убили его. С этих горестных порСвет поэзии в ночь закатился.Незабвенный Есенин дорогу торил,Свой могучий талант попрекая.«Как у Пушкина мне бы судьбу!» – говорил,А она ведь и вправду такая.Вы Ахматову помните наверняка,Её женского сердца свеченьеИ «О Пушкине слово», где – то ли строка,То ли речи живое теченье.К Вам стремились поэты во все временаДля судьбы, для полночной беседы.Темноликим кентавром спешил Пастернак,И отравы, и славы отведав.Верный Клюев, как древо, тянулся до Вас —Песнослов и отчаянный витязь.Но себя и Россию от смерти не спас,Умирая, Вам крикнул: «Спаситесь!»Как Цветаева плакала пагубным «П»:«Пунш и полночь»! «Психея и Пушкин»!А потом пропадала на поздней тропе,Знать, готовила сердце в кукушки.Владислав Ходасевич Вас нежно любилИ за далью, в тоске ежечасной,Ваши страстные строки навзрыд пригубил,Как порезался бритвой опасной.Проплывал Гумилёв, словно пьяный корабль,Но ни славой своею, ни лестьюНе обидел он Вас, только в звёздных мирахПрозвенел офицерскою честью.Невзначай появлялся простуженный Блок,Во Вселенной узревший поломку.Он дознаться до истины так и не смогИ читал Вам свою «Незнакомку».Вы стояли над вспышками сонной Москвы,Два столпа, два святых Александра,Две курчавых главы, вдалеке от молвы,Наклонив из небесного сада.Александр Сергеевич, мир – это зал,Тот, какой золотили Вы словом.Ну а я так негромко, так мало сказал,То к зерну прислонясь, то к половам.Вам о предках славян декламировал Блок,Жизнь свою разбросавший по рифам.Он в поэме своей, отчеканивши слог,Поклонился стремительным скифам.
