Где скрывается правда полностью

В документальном фильме об убийствах было интервью со Стоуксом. Репортер спросил, почему он считает, что полиция отнеслась к нему предвзято. Стоукс посмотрел прямо в камеру и ответил так четко, будто заранее подготовил фразу: «Потому что им хочется верить, что это сделал я. Думаю, они боятся меня не потому, что я от них отличаюсь, а потому что «монстром» может оказаться кто-нибудь, похожий на них как две капли воды».

Я перекладываю телефон в другую руку и вытираю потную ладонь о покрывало. Прислушиваюсь к звукам за дверью: там тихо.

– Я хорошо знала Лори Коули, – едва слышно говорю я Стоуксу. – Хочу понять, что с ней случилось.

– Я не дурак, – отвечает Стоукс. – Со мной теперь общаются только те, кто думает, что я этого не делал. Или признай, что ты переменила мнение и потому мы сейчас разговариваем, или я вешаю трубку.

– Я думаю, вы не убивали Лори Коули, – говорю я. – Не знаю, кто убил остальных девушек и были ли вы в этом замешаны, но думаю, что убийца Лори просто хотел, чтобы преступление выглядело, будто его совершил «монстр».

– Я не убивал остальных девушек.

Я крепче хватаю телефон.

– Я вам верю.

И это правда. Потому что кто-то задушил Ариэль Каучински и оставил ее голое тело у реки. Не заполнено слишком много пробелов. Почему «монстр» залег на дно на десять лет? Пропало ли украшение у Ари? А самое главное – мне нужны доступные ответы, которые еще не погребены в моих детских воспоминаниях о той ночи, когда умерла Лори.

Стоукс какое-то время молчит.

– Ты же знаешь, что разговор записывают? – наконец говорит он.

– Да, знаю.

В трубке раздается шуршание, как будто он перекладывает ее в другую руку.

– Итак, Тесса Лоуэлл. Если твою подругу убил не я, то кто?

На секунду мне показалось, что он имел в виду Ариэль, но он говорит о Лори.

Как бы мне хотелось не знать ответа на этот вопрос. Не помнить, что Джослин была готова броситься на маму с осколком стекла, не слышать страха в голосе Лори, когда в ту ночь она кричала на сестру.

Я думала, что если останусь в Фейетте, то полученные мной ответы рассеят все сомнения в голове – эту надежду я ношу в себе с тех пор, как поняла, с кем той ночью ругалась по телефону Лори. Я думала, что смогу разобраться с уликами, собрать их в единую картину и не буду раз за разом приходить к одинаковому выводу.

Джослин не просто знает, кто убил Лори. Она обхватила руками шею лучшей подруги и сделала это сама.

Я иду в туалет, протираю глаза и плетусь вниз, где Кэлли, уже одетая, варит себе кофе. Она поднимает на меня взгляд, поджимая губы, как будто чем-то недовольна.

«Она слышала мой звонок», – холодею я, и мои колени подгибаются.

Но потом она говорит:

– Ты поздно легла спать.

Часы на плите показывают, что время – начало десятого. Обычно я поднимаюсь в семь – привычка, которой я придерживаюсь уже несколько лет. Зато в школу никогда не опаздывала.

– Наверное, устала. – Я опускаюсь на стул за кухонным столом, на котором Мэгги оставила бумажную тарелку с двумя рогаликами. Не могу заставить себя есть. Глупо, глупо было разговаривать с Уайаттом Стоуксом из этого дома.

Знаю, Кэлли не поймет, почему я с ним говорила. Мне известно, что она копается, так же как и я, в прошлом только из страха. Боится, что полиция повесит убийство Ари на Ника, а настоящий «монстр» останется на свободе и будет охотиться на других девушек. Ей стыдно за то, как она вела себя с бывшей подругой, и она опасается, что в смерти Ари есть доля и ее вины. И вдобавок ко всему ей страшно, что наша ложь раскроется до того, как успеет начаться новая, блестящая жизнь в колледже, далеко-далеко отсюда.

Но она не хочет, чтобы Стоукс выходил из тюрьмы: думает, что, освободившись, он придет за нами, дабы отомстить за нашу ложь.

Может, поэтому мне казалось, что с ним надо поговорить? Чтобы убедить себя в том, что он нам ничего не сделает?

Я отрываю кусок рогалика. Он прилипает к небу.

Кэлли попивает кофе и смотрит на меня.

– Я думала о том, что ты сказала ночью: о парне твоей сестры. Наверное, стоит начать с него.

Я киваю, проглатывая остаток рогалика во рту.

– Только я не знаю его фамилии.

– Может, он есть в школьном альбоме?

Я качаю головой.

– Не знаю, в какую школу он ходил, но точно не в Фейетте. И он ее не окончил.

Кэлли накрывает кружку ладонями.

– Тогда у меня больше нет идей. С того лета я его больше не видела ни разу.

– Значит, он уехал из города незадолго до Джос. – Я пытаюсь вспомнить, видела ли я Денни в те недолгие месяцы между побегом Джос и моим переездом к бабушке.

– Думаешь, это что-нибудь значит? – У Кэлли скептический вид.

– Например, что они собирались сбежать вместе? Не знаю.