Питер поднялся на ноги, но не почувствовал их. Что за чертовщина?
С губ сорвался удивлённый возглас, на большее времени не хватило.
Только шальная мысль мелькнула на прощание: что, если он попадёт туда, где Гамора?
За ней — хоть в бесконечность.
========== Что ты знаешь о панике? (Пеппер и Тони) ==========
Комментарий к Что ты знаешь о панике? (Пеппер и Тони)
Немного о Пеппер после “Войны бесконечности”. Ангст, тлен, панические атаки.
https://vk.com/wall-112982395_54603: за озвучку огромное спасибо группе Creative Owls (https://vk.com/creativeowls) и войсеру Гиене!
— Пожалуйста, мисс Поттс, не надо! — Хэппи несмело протягивает к ней руку, не смея дотронуться, но весь его вид так и кричит о том, что ей следует поменять решение. — Вы можете выйти незамеченной, я всё устрою, пожалуйста…
Пеппер отвечает ему едва различимой улыбкой.
— Не перегибай палку, Хэппи. Это всего лишь журналисты. И это моя работа.
Он растерянно сводит брови, словно недоумевая, как можно быть такой упрямой. И такой… железной? Достойная пара для Тони Старка. Если бы он был здесь.
Поправив воротник блузки, Пеппер ещё раз бросает взгляд на Хэппи, безмолвно заверяя его, что всё в порядке, вдыхает поглубже и направляется к выходу.
Автоматические двери раздвигаются в стороны, оставляя её без последней защиты перед толпой, поджидающей снаружи. Пеппер вцепляется в клатч, как в спасительную соломинку — бессмысленный машинальный жест.
— Мисс Поттс, что вам известно о судьбе исчезнувших людей?
— Удалось ли выяснить, куда пропал Железный человек?
— Мисс Поттс, правда ли, что незадолго до исчезновения Тони Старк предложил вам завести ребёнка?
Пеппер, пошатнувшись, сжимает клатч ещё крепче. Её улыбка — вымученная, а в сердце ввинчивается нож: откуда они знают? Почему спрашивают даже об этом? На своём веку она повидала столько ушлых корреспондентов, у которых не было ни малейшего представления о такте, что её трудно удивить — не удивляется она и сейчас. Просто её броня истончилась, и Пеппер держит удар на пределе. Ещё чуть-чуть — и она пойдёт трещинами, распадётся на куски, разлетится вдребезги, прямо здесь, на глазах у этой жадной до сенсаций своры. Не допустить.
— Не думаю, что это имеет сейчас значение, — спокойно говорит она. Горло сдавливается спазмом — не так-то просто подделать это спокойствие.
— Но у вас должна была состояться свадьба, определена ли дата? Что вы предпримете, если Старк так и не объявится?
В голове мимолётно проскальзывает мысль — что за глупый непрофессиональный вопрос? — но отреагировать Пеппер уже не успевает.
Её взгляд, зацепившись за знакомое лицо, застывает.
Тони? Среди них? Откуда? Почему не подошёл к ней сразу? Что происходит?
Пеппер моргает, не веря своим глазам, и Тони рассеивается. Не потому, что ей померещилось. Он рассеивается так, как рассеялись накануне тысячи, миллионы людей, чья судьба до сих пор неизвестна. Его фигура за какие-то жалкие мгновения крошится в пыль так быстро, что никто из стоящих вокруг этого даже не замечает.
От улыбки Пеппер остаётся только неестественное напряжение в уголках рта.
Тело перестаёт слушаться, на лбу проступает испарина, в ушах звенит пронзительный вопль, а перед глазами всё расплывается. Пеппер кажется, что она попадает в какое-то другое измерение. Всё продолжается так, как и шло: вспышки фотокамер, микрофоны со всех сторон, мелькание чужих лиц. А она больше не здесь, она только что увидела то, что никто больше не видел, и она не слышит звуков. Кроме того самого вопля, от которого вот-вот лопнут барабанные перепонки.
И вместе с ней в этом новом измерении только один спутник.
Паника.
Последнее, что она запоминает, — Хэппи, сгребающий её в охапку и умоляющий не кричать.
***
Как-то раз Тони сказал ей, что у неё противный до зубовного скрежета типаж — девочка-отличница. Всегда всё знает, всегда всё предусматривает, ни в чём не ошибается. Она исправляла все его оплошности, вытаскивала из передряг и всегда помогала. Палочка-выручалочка Пеппер — так он говорил, когда был в хорошем расположении духа. А вот в дурном настроении запросто мог выдать что-то нелицеприятное.
Пеппер не обижалась. Она понимала, что идеальный человек как никто другой способен раздражать. Но что бы Тони ни ворчал себе под нос, главное — она была ему опорой.
Пока однажды не случилось то, с чем она не сумела справиться.
***
Пеппер проводит пальцем по стеклу, и скрип убеждает её в реальности происходящего. Но отражение в зеркале остаётся чужим, пугающе чужим. Черты — вроде бы всё те же, но смотрит на неё незнакомка. Пеппер трясёт головой, отгоняя наваждение, незнакомка повторяет это движение, но как будто с небольшим отставанием. Фальшиво, неестественно, невозможно — должно же совпадать со стопроцентной точностью! Не выдержав, Пеппер отворачивается.
— Ты пялишься в зеркало и не узнаёшь себя, Пеп! Как будто это какой-то долбаный двойник! Я… Я не знаю, как объяснить, что это за чувство…
Так. О каких ещё признаках Тони упоминал?
Она садится в кресло и прикрывает глаза, стараясь вспомнить всё, что он рассказывал ей о панических атаках.
