– Это действительно очень трудно объяснить.
– А ты попробуй.
– Ему хочется, чтобы я сидела дома с Эммой. Все началось, когда я пошла в вечернюю школу. Он исходит на дерьмо просто потому, что чувствует себя неуверенно.
– Тогда почему ты от него не уйдешь?
– Уйти?! – Джесси была искренне удивлена, можно сказать, обижена. – Сюзанна, он вовсе не из тех мужиков, что занимаются рукоприкладством. – (Сюзанна выразительно подняла брови.) – Послушайте, я хорошо знаю его, и он был явно не в себе. Он боится, что я могу получить образование. Боится, что тогда я просто возьму и свалю. А теперь вдобавок и ваш магазин. Это для него уже что-то совсем новенькое. Ну а я только порчу все дело… Вы же знаете, я ужасная болтушка. И не всегда думаю о том, как ему все это видится со стороны… – Джесси задумчиво обозрела свою незаконченную композицию. – Когда он поймет, что ничего не меняется, то снова станет прежним. Сюзанна, не забывайте, что я знаю его как облупленного. Мы уже десять лет вместе. Но сейчас Джейсона словно подменили.
– Что, с моей точки зрения, его нисколечко не оправдывает.
– А я и не ищу для него оправданий. Я объясняю. А это две большие разницы. Послушайте, он отлично понимает, что поступает плохо. И не стоит делать из меня жертву. Мы просто деремся, а когда мы деремся, то ходов не пишем. И я плачу ему той же монетой. Вы ведь знаете, за мной не заржавеет.
Повисла длинная пауза, и атмосфера в магазине словно сгустилась. Сюзанна молчала из страха наговорить лишнего, но даже ее молчание можно было принять за осуждение.
Джесси прислонилась спиной к одному из столиков и посмотрела Сюзанне прямо в глаза:
– Ладно, а теперь выкладывайте, с чего это вдруг вы стали за меня переживать.
– Но как это скажется на Эмме? Какой жизненный урок она получит? – едва слышно проговорила Сюзанна.
– Неужто вы считаете, будто я кому-нибудь позволю поднять руку на Эмму? Неужто вы считаете, будто я останусь в доме Джейсона, если хоть на секунду поверю, что он способен ударить Эмму?
– Я имела в виду совсем другое.
– Тогда что?
– А то… Ну, я не знаю… Мне просто становится не по себе от любого проявления насилия, – пробормотала Сюзанна.
– Насилия? Или страсти?
– Что?
Сюзанна увидела, как лицо Джесси помрачнело. Наверное, впервые за все время их знакомства.
– Сюзанна, страсть – это не для вас. Ведь вы любите, чтобы все было аккуратно упаковано и завернуто. Наглухо застегнуто. Ну и отлично! Каждый решает сам. Но мы с Джейсоном честны в том, что касается наших чувств. Если мы кого любим, то действительно любим. А если и ссоримся, то уже не по-детски. Для нас не существует полутонов. И я вам вот что скажу. Да, у меня повреждена рука. Ничего, до свадьбы заживет. Но я ни за какие коврижки не променяю свою жизнь на холодное, вежливое, стерильное сосуществование параллельно друг другу. На секс раз в неделю. Черт, раз в месяц! На перебранки вполголоса, чтобы не разбудить детей. И чему хорошему все это может научить?!
– Но совершенно не обязательно смешивать… – начала Сюзанна и осеклась.
Сюзанна понимала, что может в пух и прах разбить аргументы Джесси, несмотря на весь ее молодой задор, и тем не менее Джесси невольно задела Сюзанну за живое, на время лишив ее дара речи. В описании семейных отношений, которые для Джесси были страшнее домашнего насилия, страшнее травмированной руки, Сюзанна без труда узнала черты их с Нилом супружества.
И когда после полудня в магазине появилась Виви, Сюзанна почувствовала даже некоторое облегчение, поскольку их отношения с Джесси при внешней корректности утратили былую непринужденность, словно такой откровенный разговор оказался несколько преждевременным и нанес сокрушительный удар по их неокрепшей дружбе. Артуро выпил свой кофе непривычно быстро и, нервно поблагодарив, поспешно удалился. Двое других покупателей, как ни в чем не бывало беседовавшие в углу, на время заполнили громкими голосами напряженную тишину. Но теперь, когда они ушли, Сюзанна еще острее ощутила, что Джесси как будто напрочь утратила способность без умолку болтать и тщательно взвешивает каждую фразу. В результате Сюзанна, которой, чтобы разрядить напряженную обстановку, впервые пришлось самой занимать покупателей, встретила Виви в дверях с непривычной теплотой, и Виви, раскрасневшаяся от удовольствия, ответила Сюзанне жаркими объятиями.
– Значит, это он и есть! – застыв на пороге, несколько раз воскликнула Виви. – Ну разве ты у нас не умница?
– Да ладно. Было бы о чем говорить! Всего-навсего несколько столов со стульями.
– Боже, какие прелестные цвета! Сколько чудесных вещиц! – Виви принялась изучать товар на полках. – Все такое изысканное. И так мило расставлено. Мне давно хотелось к тебе зайти, но ты ведь не любишь, когда тебе дышат в спину. Я пару раз проходила мимо, но ты выглядела такой занятой… «Эмпориум Сюзанны Пикок». – Виви задумчиво прочла надпись на этикетке. – Ох, Сюзанна, я так тобой горжусь!
