Алехандро невольно задумался, не появились ли у мамы проблемы с головой. Насколько он помнит, никаких посылок на полке для писем не лежало, это он, несмотря на недосып, мог утверждать с полной уверенностью – кроме письма, там точно ничего не было. В глубине души Алехандро надеялся, что мама просто-напросто перепутала: он чувствовал себя виноватым, когда она присылала ему подарки, пусть даже дешевые упаковки с его любимым напитком. Он повертел письмо в руках и потер будто засыпанные песком глаза. Затем взял конверт и почти машинально открыл пошире.
И действительно, в самом углу лежало это. Легкое как перышко, практически нематериальное. Перевязанное тоненькой розовой ленточкой. Прядь волос Эстелы.
С бьющимся сердцем Алехандро закрыл конверт и положил обратно на стол. Усталость как рукой сняло. Он встал, сел, снова встал и, чертыхаясь себе под нос, подошел к телевизору. Тупо посмотрел на экран, потом оглядел комнату, словно в поисках каких-то знаков, которые он упустил. И, схватив ключи, выскочил из квартиры.
Заслонив рукой глаза от солнца, Виви смотрела на знакомую фигуру вдалеке, которая по мере приближения становилась все отчетливее. За те тридцать лет, что прошли с того времени, как они поженились, поступь ее мужа стала разве что чуть-чуть тяжелее.
Он замялся, точно сомневаясь, стоит ли просить разрешения, а затем присел рядом с ней, отряхнув прилипшие к брюкам семена травы.
– Твой ланч в микроволновке, – сказала она.
– Знаю. Спасибо. Я прочел записку.
На ней были темные очки. Она снова принялась глядеть вдаль, но предварительно одернула юбку, словно смутившись, что ее застали с голыми ногами.
– Подходящий денек. Посидеть на свежем воздухе. – (Продолжая смотреть куда-то за горизонт, Виви небрежно отмахнулась от назойливой мухи.) – Ты у нас тут редкая гостья, – шутливо заметил Дуглас.
– Да, полагаю, ты прав.
– Решила устроить пикник или типа того?
– Нет, просто захотелось немножко посидеть.
Дуглас переваривал ее слова, задумчиво наблюдая за кружащейся над головой птицей.
– Погляди на небо, – наконец нарушил он тишину. – Каждое лето оно застает тебя врасплох, да? Такое синее-синее.
– Дуглас, неужели ты проделал такой путь, чтобы говорить со мной о погоде?
– Э-э-э… нет. – (Виви молча ждала.) – Я только что из дому. Мама просила узнать, не сможешь ли ты отвезти ее кошку к ветеринару.
– А твоя мать договорилась о времени приема?
– По-моему, она рассчитывала, что это сделаешь ты.
– А почему бы ради разнообразия ей самой этим не заняться или тебе, например?
Подобная резкость была отнюдь не типична для Виви. Вконец растерявшийся Дуглас удивленно посмотрел на жену, затем – на серо-коричневые поля вдали.
– У меня сейчас куча дел… дорогая.
– Собственно так же, как и у меня, Дуглас.
