«Самое главное, что мы, греки, так любим море, что в результате построили свои города вдоль береговой линии, которые, хотя и выгодны для приобретения богатств в море, также уязвимы для нападения и не очень хороши в обороне. Союз должен энергично продвигаться вглубь страны, расширять наше жизненное пространство и интегрироваться с Луканией. Таким образом, даже в случае вражеского вторжения, когда мы не сможем защитить прибрежный город, мы сможем отступить в горы. С гражданами Лукании в качестве поддержки, горная местность — это наш дом. Мы можем атаковать любого врага, который посмеет необдуманно напасть на горный район, и в конце концов победить».
В конце предостерегающих слов Давоса никто не ответил. Было слышно только учащенное дыхание, и наконец, спустя долгое время, кто-то спросил: «Архонт, вы думаете, что мы столкнемся с сильным врагом?».
«В настоящее время, разве Кротоне не является сильным врагом? Сто лет назад Сибарис был силен в Магна-Грации, разве они также не привлекли нападение врагов? Разве могущественные Афины также не пострадали от нападения Пелопоннесского союза? Когда город-государство силен, другие города будут всеми силами пытаться помешать его развитию или даже уничтожить его, либо из-за страха, либо потому, что они оспаривали его статус лидера региона. Сейчас неспокойное время, поэтому мы должны изо всех сил стараться укрепиться, иначе мы будем как прежняя Турия, поражение в одной битве приведет ее к упадку».
Люди вокруг него, особенно государственные деятели Турии, терялись в мыслях.
«Почему бы нам не напасть на Грументум сейчас? Мы все знаем, что между Грументумом и Пиксусом произошла битва, и обе стороны понесли большие потери. Сейчас хорошая возможность напасть на него!». — Когда Скамбрас принял идеи Давоса, он сразу же стал немного радикальным.
«Если два брата в семье ссорятся, а чужак приходит и крадет вещи, как ты думаешь, два брата продолжат драться или объединят усилия, чтобы сначала убить чужака?». — спросил Давос.
«Хочешь сказать, что наша атака заставит луканианцев объединиться против нас?». — немедленно ответил Скамбрас.
«Да, это очень вероятно».
«Но мы уже вошли в дом луканийцев». — Протесилай возразил.
Давос спокойно ответил: «Да, но мы можем сказать им: «Мы мстим за то, что они украли у нас в прошлый раз, и мы возьмем только это и не будем брать больше». Мы также можем подписать с ними соглашение о прекращении воровства в течение определенного периода времени, пока у нас есть Нерулум, этого достаточно. Даже если у них есть сомнения, они решат поверить, потому что по сравнению с греками, которых не очень интересуют суровые горные районы, их враждебные сородичи представляют большую угрозу. После поражения все племя будет поглощено, а их семьи станут рабами. Чтобы победить противника раньше времени и сосредоточиться на том, чтобы прогнать нас, что они будут делать?».
Глаза Протесилая загорелись, он сказал: «Битва между ними станет более напряженной!».
«Таким образом, в Лукании будет больше племен, которые станут бедными из-за войны». — Когда Давос сказал это, он о чем-то задумался и извиняюще сказал: «Вождь Веспа, я надеюсь, вы сможете меня понять».
С горьким выражением лица, Веспа только горько покачал головой и сказал низким голосом: «Здесь принято вести войны между племенами».
«Да, раньше у слабых племен не было выбора, но теперь он есть. С одной стороны, чтобы выиграть войну, большое племя будет жестоко эксплуатировать их. С другой стороны — Нерулум с его мирной жизнью, кого они выберут — очевидно».
Давос искренне спросил Веспу: «Чтобы объединить Луканию как можно скорее, чтобы жители этого горного региона больше не убивали друг друга, я надеюсь, что вождь Веспа, после того как вы прибудете в Нерулум, вы сможете пройтись среди племен и рассказать им, что наш Союз дружелюбен к луканцам, чтобы они поняли нас и охотнее присоединились к нам».
Веспа замолчал на мгновение и выдавил из себя фразу: «Я постараюсь сделать все возможное».
***
В полдень следующего дня группа, наконец, вышла на горную дорогу и добралась до крепости Лао.
Внимательно осмотрев положение крепости Лао, Давос похвалил солдат первой центурии второй бригады за то, что они с усердием защищали крепость Лао и выполнили последнее задание по обороне, и объявил, что по окончании визита в Нерулум и возвращения в крепость они смогут вместе с ним вернуться в Турию и триумфально выступить в первых рядах.
Солдаты зааплодировали в унисон.
Услышав это, солдаты первой бригады с легким возмущением пробормотали: «Кучка новобранцев, им просто повезло. Если бы мы не охраняли Турий...».
Хотя солдаты первой бригады жаловались, это не помешало им маршировать на север.
В настоящее время территория, через которую они могут пройти, стала гораздо просторнее, шириной около километра. На востоке находятся горы, а на западе — река Лао. Поверхность реки Лао неширокая. Однако большинство скал по обе стороны реки имеют большие перепады воды и глубокие водные каналы, поэтому большим войскам трудно достичь противоположного берега.
