«В отчете Хейрисофа не упоминалось ни о ком, кто мог бы причинить неприятности, возможно, это потому, что эти наемники слышали новости о Магна-Греции». — Другой старейшина хотел, чтобы все не воспринимали это слишком серьезно.
«Тогда почему мы ничего не слышали об этих слухах в Спарте? Это явно делают люди, у которых есть намерения». — возразил Диопет.
Несколько человек заспорили. Хотя Лисандр и другой старейшина противоречили друг другу, Лисандр все же сказал: «Раз есть связь, если мы, спартанцы, говорим, что это сделал Союз Туа, значит, это сделали они».
«Согласен!». — Жесткий подход Лисандра был одобрен старейшинами во главе с Левкиппом. Паусиниас внутренне презирал Лисандра, который всегда был известен своей антитрадиционностью, говорил, что он будет выполнять традиции Спарты. Но тот мог лишь промолчать и не стал возражать.
В конце спора виновник был найден, а как наказать Союз, мнения всех практически совпали, то есть послать людей с доносом на Союз, и потребовать возмещения убытков Спарты, и отправить обратно наемников, бежавших к ним.
Лисандр добавил: «Раз Давос хорошо умеет командовать, то пусть он поведет свои войска в армию Дерсилида и сразится с персами».
«Согласен! Это их наказание за саботаж спартанцев в Малой Азии!». — Несколько старейшин согласились.
Все старейшины определили судьбу Союза.
В это время Агесилай спросил: «А если Туаский союз откажется от нашей просьбы?».
«Тогда это означает войну со Спартой!». — Диопет только закончил говорить, как почувствовал, что что-то не так.
Павсаний немедленно ответил: «Сейчас мы имеем дело с персами и защищаем Пелопоннесский полуостров, а в настоящее время готовимся напасть на города-государства, недовольные Спартой, такие как Элида. Я боюсь, что мы не сможем послать войска в Магна-Грецию».
«Верно, у Магна-Грации всегда были хорошие отношения со Спартой, и мы никогда не посылали войска в Магна-Грацию. Если города-государства будут недовольны нами, выгода не будет стоить потерь». — К ним присоединился еще один старейшина.
«Неужели мы будем просто терпеть, как Союз Туа попирает достоинство Спарты?». — гневно воскликнул один старейшина.
«Будьте уверены, даже если мы не знаем, как отреагирует на это Союз, даже если они откажутся, и мы не сможем послать войска, разве не остается еще Сиракузы?». — спросил Лисандр с улыбкой. Его слова разбудили старейшин. Спарта поддерживала Сиракузы и даже игнорировала тот факт, что Дионисий — тиран. Они надеялись, что в западном Средиземноморье, в месте, которого еще не коснулась спартанская армия, появится сильный город-государство, дружественный Спарте, способный действовать в соответствии с волей Спарты и стабилизировать там ситуацию. Поэтому старейшины больше не стали запутываться в этом вопросе и занялись обсуждением кандидатуры, которую следовало бы послать в Туанский союз.
«Я поеду». — Агесилай рекомендовал себя, потому что его немного заинтересовал Давос, о котором упоминал Хейрисоф.
«Только не ты, иначе Союз будет смотреть на Спарту свысока!». — Как только Диопет сказал это, другие старейшины почувствовали, что он зашел слишком далеко. Очевидно, Диопет издевался над хромотой Агесилая.
Перед лицом такого унижения Агесилаю все же удалось сохранить спокойствие. Похоже, что он десятилетиями сталкивался с презрением окружающих, поэтому его разум стал чрезвычайно стабильным, а выражение лица осталось неизменным.
Лисандр сказал: «Отдаленный союз маленьких городов, недостоин благородного царского рода Спарты, греческого владыки».
Слова Лисандра не только восстановили достоинство Агесилая, но и преградили ему путь в Туанский союз.
«Я предлагаю Фидия в качестве посланника». — посоветовал Лисандр.
Старейшины воскликнули: «Фидий? Он излишне вспыльчив и своенравен!».
«Нам нужен сильный посланник, чтобы заставить Союз уступить!». — твердо сказал Лисандр.
После этого они окончательно определили Фидия в качестве посланника, который отправится в Союз.
***
В конце встречи Лисандр остановил Агесилая, который уже собирался уходить: «Ты не рад, что тебя не отпустили в Туаский союз?».
Агесилай покачал головой, а затем спросил с улыбкой: «Я думаю, что ты делаешь это для моего же блага. Но не из-за Агиса ли?».
Лисандр удовлетворенно положил руку ему на плечо и прошептал: «Агис не сможет долго продержаться. Ты не должен позволить его незаконному сыну, Леотихиду, воспользоваться твоим отсутствием. Будь уверен, я всегда на твоей стороне».
Агесилай немедленно выразил свою благодарность Лисандру.
Лисандр улыбнулся. Ему нравился благоразумный и скромный характер Агесилая. Агесилай был дружелюбен и почтителен к нему, и его легко контролировать.
Лисандр не видел этого, но позади него Павсаний наблюдал, как они с Агесилаем разговаривают и смеются.
Павсаний позвал Диопета и сказал низким голосом: «Смотри, наши «реформаторы» в последнее время сблизились с Агесилаем».
