– Мы несём свет и гармонию, – жёстко сквозь зубы процедил комиссар, – и твои слуги ответят за свои деяния перед законом!
– Сначала ты за моих слуг Эллию и Веллию ответишь! Бранг гелан! – хрипло рассмеялся Игва.
Поляков нажал на спусковой крючок дефазировщика:
– Последним смеётся тот, кто стреляет первым!
Столб света распался на множество искр и находившееся в нём кошмарное существо исчезло. Людей, что стояли в круге, разметало по залу, сорвав серые робы и оставив лежать нагишом в неудобных позах. Женщину в чёрном одеянии и с жезлом в руках ударило о стену и она потеряла сознание. Комиссар, увидев, что на полу не осталось никаких следов крови и вся плитка снова на своём месте, усмехнулся и неспеша подошёл к тихо стонущей женщине в чёрном одеянии. Он присел рядом с ней и стал ждать, когда та придёт в себя.
«Может её сразу отправим в камеру статического времени?» – поинтересовался Теф.
«Не торопись, – остановил его комиссар. – Жди моего приказа».
«Слушаю и повинуюсь», – прошептал Терафим, а комиссар едва слышно недовольно вздохнул.
Ждать долго не пришлось. Женщина открыла глаза и ошалело посмотрела на Полякова:
– Ты кто такой? – с трудом прошептала она.
– Сотрудник государственных органов, – усмехнулся комиссар.
– Ты врёшь, – покачала она головой. – Хозяин назвал тебя геланом.
– За преступления тебя ждёт наказание, – скривился Поляков, – и у тебя будет время поразмыслить над ними.
– А ты сорвал ритуал единения, – на лице женщины появилось презрение, – и у тебя не будет времени.
Она схватила жезл, направила его на Полякова и быстро выпалила несколько слов на грубом наречии.
«Теф!» – приказал комиссар.
Одновременно с сорвавшимся плазменным разрядом из камня, женщину связала сеть из светящихся белых нитей и она исчезла в пространственном переходе, который успел открыть Теф. Разряд ударил прямо в живот комиссара и он упал на пол.
Очнулся он в комнате с серыми стенами и красным ковролином. Рядом с ним сидела Санита и гладила его по голове.
– Ты очнулся, – радостно сказала она. – Как здорово!
– Ты как здесь оказалась? – приподнялся на локтях комиссар и почувствовал резкую боль в районе солнечного сплетения.
– Я пришла на зов, – она мягко дотронулась до его плеча. – Полежи ещё немного – я позвоню доктору.
– Не надо доктора, – Поляков подчинился и лёг на спину. – Я что-нибудь придумаю.
– Надо! – серьёзно посмотрела она на него. – Я знаю очень хорошего доктора – он целитель от бога.
– Подожди звонить, – комиссар снова попробовал приподняться, но был остановлен девушкой. – Что это за место? И кто тебя сюда позвал?
Девушка округлила глаза и с удивлением посмотрела на него:
– А ты разве не прочёл, что написано на табличке, когда сюда заходил? Нет?
Комиссар покачал головой.
– Это помещения студии и они сдаются в аренду, – пояснила девушка и вспомнила о втором вопросе. – Мне явился сияющий ангел и сказал – Санита! Требуется твоя помощь! Иди в это место!
– И всё? Так просто? Пришёл ангел и сказал? – удивлённо произнёс комиссар. – А что подумали твои родители?
– Ты забавный,.. – улыбнулась девушка. – Родители привыкли к моим чудачествам, к тому же я просто сказала им, что пойду пройдусь по магазинам… Надо позвонить доктору… – и тут она вздрогнула и тихо произнесла. – Система Сирис, Полия…
– Что? – не обращая внимания на боль, приподнялся на локтях комиссар. – Сирис? Полия?
«Я знаю это место», – раздался шёпот Тефа.
– Я ничего такого не говорила, – быстро произнесла девушка.
– Санита, спасибо за помощь, – Поляков смотрел прямо в голубые глаза девушки, – но мы опять должны расстаться.
На лице девушки появилась грусть:
– А я ведь даже не знаю, как тебя зовут.
Комиссар опустил взгляд и тихо произнёс:
– И я тоже…
На полу заклубился серый туман и скрыл комиссара целиком.
Девушка оглядела пустую комнату и пообещала себе когда-нибудь найти этого странного человека с холодным взглядом голубых глаз и тщательно скрываемой болью в душе.
Переход прервался неожиданно и комиссар неподвижно завис в безвоздушном пространстве на орбите второй планеты в системе двойной звезды Сирис. На этой половине планеты сейчас был день и редкие кучевые и перистые облака в атмосфере не застилали белым покрывалом зелёные материки и голубые океаны, что представали во всей своей природной красе перед взглядом комиссара.
«Ну, как? – тихо спросил Теф, словно боясь спугнуть то чувство восторга, которое, по его мнению, сейчас должен был испытывать комиссар. – Потрясающе, правда?»
«Правда! – холодно ответил Поляков. – Потрясает твоя способность держать меня в открытом космосе без последствий!»
«А планета? Неужели не нравится?» – опешил Теф.
«Теф! Я оценил то, что ты хотел мне показать, но я бы предпочёл оказаться сейчас на твёрдой земле, – комиссар осторожно прикоснулся к животу. – И после того, как дамочка разрядила в меня свою палку, страшные рези чуть выше желудка отчего-то мешают наслаждаться красотой окружающего мира».
«Хорошо босс, – вздохнул Терафим. – Будет сделано!»