– Моя малышка, ты знаешь, как мы любим тебя и беспокоимся о твоем благополучии. Ты сама скоро осознаешь счастье родительства. Моя хорошая, обычно принято благодарить старших за жизнь, заботу и любовь, – Лерла посмотрела в сторону Аннели и нежно улыбнулась, – но я повторю тебе слова, которые сказала однажды моя мама, твоя бабушка, сейчас ты сможешь их понять и принять. Я хочу поблагодарить тебя, мое солнышко, за то, что ты дарила и продолжаешь дарить мне этот прекрасный опыт, опыт материнства. За то, что выбрала нашу семью и род, за то, что даришь свой свет и любовь. За все те уроки, которые мы проходили вместе. Прости, если мы были недостаточно внимательны и чутки, а иногда совершенно далеки от идеальных родителей. Я люблю тебя, и пусть моя благодарность и мое благословение служит тебе оберегом, – говоря это, Лерла подошла к дочери, прикоснулась ладонями к ее вискам и поцеловала в темя. Ооса встала, обняла маму, ее растрогали искренние слова. Она вдруг вспомнила, как в одном из погружений с Лиддик наблюдала за своим появлением на свет. Как радовалась ее приходу в мир мама. Слезы лились по лицу, она прильнула, словно маленький ребенок лицом к Лерле, уткнувшись влажным от слез носом в волосы и шею. Знакомый с детства мамин запах успокаивал, а нежные касания благословляли. Потом они обнялись втроем. Аннели и Лерла тоже не могли сдержать слез. Женщины, прекрасные и чувственные, несущие в мир свой тонкий, но небывалый по силе и красоте свет, переживали моменты счастья, благодарности и единения. Множить радость, открыто жить чувства – это высший дар и спасение.
Утром должен был прийти Заг, чтобы сопроводить Оосу наверх. Лерла продолжала настаивать на том, чтобы Ооса оставалась в безопасном месте до самых родов, прекратив рискованные спуски-подъемы. Но убедить девушку было невозможно. На все просьбы и мольбы она отвечала одним словом: «Даас!» Предстоящие роды вызывали опасения и у будущего отца, тревога не покидала его с того самого момента, как сияющая светом радости любимая объявила ему о беременности. Случившееся чудесное событие казалось невозможным. Даас вспомнил предвидение Дора. Несмотря на переживания, гелиосс был рад и за себя, и за Оосу. Весть о будущем ребенке сделала нашу героиню самой счастливой женщиной на свете. Не изменяющая своей жизнерадостной натуре будущая мама сохранила в таких сложных условиях присутствие духа и позитивный настрой. Как маленькое солнышко, она сияла лучами, согревая и радуя. Новость о беременности Оосы была встречена благосклонно и Членами Совета Ядра. Скрывать такое событие не имело смысла, все происходящее с детьми Светила даже вдали от дома не являлось тайной. Кроме того, Даас надеялся на поддержку и помощь Старших гелиоссов в случае, если таковая понадобится. Но какие-то предчувствия не позволяли нашему герою расслабиться. Сны Ноона он видел теперь все реже. Это крайне расстраивало его соплеменников, скучающих по историям с полюбившимися персонажами.